01.07.2018. 16:15
Многоэтажный жилой дом.
Окрестности «Парка Победы».
— Ривман Голденберг, откройте, пожалуйста. Это младший лейтенант Арутюнов.
После пятнадцати минут практически бесперебойного стука и звонков в дверь Андрей сдался, усевшись на ступеньки, ведущие на этаж выше. Пробегающий мимо ребёнок чуть было не влетел в него, задев портфелем по голове. Идущие следом за ним родители, долго извинялись за своего отпрыска, с опаской поглядывая на полицейского.
— Успокойтесь, всё хорошо. Подскажите, пожалуйста, вы случаем не соседи Голденберга? — спросил Арутюнов.
— Да, мы живём прямо над ним. С ним что-то случилось? — с долей паники в голосе, спросила молодая мамочка.
— Нет, с ним всё хорошо, я просто не могу его найти, с утра он был дома, а сейчас нет. Вы не подскажите, где он может быть? — спросил Арутюнов, переводя взгляд с мужчины на женщину.
— Мы мало с ним общаемся, так что подсказать ничего не сможем, но вот баба Фрося, живущая на первом этаже, всегда в курсе последних новостей и уверен, сможет вам помочь, — ответил мужчина, беря свою жену под руку.
— Спасибо за оказанное содействие, — сказал Арутюнов, направляясь вниз по лестнице.
Как назло, бабы Фроси тоже не оказалась дома, решив подышать свежим воздухом, младший лейтенант вышел на улицу. На лавочке около дома сидело несколько пожилых женщин, обсуждающих утренние события.
— Я тебе говорю это маньяк, вот те крест, это он Василия грохнул, — доказывала одна из женщин, сверля глазами свою оппонентку.
— Какой маньяк? Совсем из ума выжила на старости лет! По пьяни его зарезали, я сама слышала, как милицейские это обсуждали! — парировала вторая женщина, щёлкая семечки.
— Ишь как, слышала она! Как у нас со двора скамейку спёрли, она не слышала, а как полицейские что-то обсуждали, она услыхала. Врёшь ты всё! Маньяк — это, ей-богу, маньяк. — ответила первая женщина.
— Не хочешь — не верь, — ответила вторая женщина, продолжая грызть семечки, отчего у её собеседницы вздулись вены, прямо на лбу.
— Гражданки, минуточку внимание. Младший лейтенант Арутюнов, — доставая документы, сказал Андрей.
— А вот и наша доблестная полиция, как всегда, вовремя, приехали трупы считать или снова протоколы писать? — ответила женщина, кричащая ранее про маньяка.
— Уважаемые, подскажите, пожалуйста, где я могу найти некую бабу Фросю? — спросил Арутюнов.
— Смотри, Фрось, по твою душу. Говорила я тебе, не воруй, а не то посадят, — прокряхтела до того момента молчавшая женщина, смотря на щёлкающую семечки соседку.
— Типун тебе на язык, окаянная. Я баба Фрося! Чего тебе нужно, милок? — спросила женщина, не переставая есть семечки.
— Вы знаете Ривмана Голденберга? — спросил Арутюнов.
— Да кто же не знает этого жи... картавого. На седьмом этаже он живёт. Зачем он вам-то? — спросила Фрося, пристально глядя на полицейского.
— Мне нужно задать ему несколько вопросов. Не подскажите, где он сейчас может быть? Дома его нет, я только что оттуда! — ответил Арутюнов.
— Естественно, его там нет, он час назад, как уехал, с какой-то молодой девахой. Я впервые её увидела сегодня. Скажите, а Василия вправду убили его собутыльники? — спросила Фрося, с любопытством смотря на Арутюнова.
— Простите, тайна следствия, — ответил Андрей, набирая номер следователя.
01.07.2018. 16:40
Отдел полиции № 3 Центральный УМВД России
Кабинет старшего следователя
— Понял. Опроси всех, кто мог его видеть. После чего составь подробный рапорт и мне на стол. — положив телефон на стол, Кобзарь подошёл к окну, откуда открывался великолепный вид на центральный проспект.
Машины постепенно заполняли улицы, близился час пик, широкая улица в восемь полос могла вместить множество машин, но через час здесь будет пробка и воздух снова наполнится угарным газом и гудками машин. Ликвидированный ещё в том году пешеходный переход не дал своих результатов, люди всё так же стояли в пробке, единственное, что изменилось, стало больше аварий.
Вот и сейчас на перекрёстке произошло незначительное дтп, но из-за того, что водители не смогли договориться сами, вызвали полицейских, а значит стоять им так минимум полчаса. Такси, пролетев на только что погасший красный, встретилась с таким же лихачом, желающим проскочить на мигающий жёлтый. Оба водителя успели нажать на тормоз, но столкновения избежать не удалось.
Кобзарь стоял около окна, наблюдая за тем, как разворачивались события произошедшего на его глазах дтп, как в дверь уверенно постучали.
— Войдите! — резко сказал следователь, возвращаясь на своё рабочее место.
— Сержант Орехов. Разрешите доложить? — спросил молодой парнишка, вытягиваясь как струна.
— Разрешаю. Докладывай, что у тебя там? — спросил Кобзарь, доставая блокнот и ручку.
— Удалось определить владельца квартиры. Петренко Василий Геннадьевич 1990 года рождения, родился на Украине в городе Киеве, перебрался сюда с родителями в 2000 году. В живых из родственников только сестра, которая несколько лет назад уехала на родину, вместе с мужем и детьми. Квартира числится на ней, из-за чего и не удалось сразу установить личность потерпевшего, — отрапортовал сержант на одном дыхании.
— Свободен, — сказал Кобзарь, постукивая ручкой по столу.
Решив разобраться с накопившимися делами, Кобзарь принялся разбирать документы, скопившиеся на столе в неимоверном размере, готовые в любой момент поглотить его под собой. Спустя два часа новый стук в дверь отвлёк следователя от текущей работы.
— Входите, — уставшим голосом сказал Кобзарь, поднимая глаза от очередного отчёта.
— Привет, Андреевич. Что-то ты давно к нам не заходил. Столько всяких образцов, интересных, скопилось для дегустации, а тебя всё нет, — сказал улыбающийся мужчина в белом халате, усаживаясь на край стола следователя.
— Здравствуй, коль не шутишь. Да времени всё нет, дела сам видишь, — проводя рукой над горой бумаг, ответил Кобзарь. — Зачем пожаловал-то?
— Да вот принёс тебе заключение судмедэкспертизы, по твоему трупу в парке, — кидая на стол очередную папку, ответил судмедэксперт, после чего направился к открытому окну.
— И что там?
— Сам почитай!
— Тут целая папка — я до утра буду читать, а я ещё планировал сегодня поспать, — беря папку в руки, сказал Кобзарь.
— Не переживай, я сделал для тебя выписки с самым интересным, — улыбаясь, сказал судмедэксперт.
— И на том спасибо, — ответил Кобзарь, ища нужный ему листок.
«Смерть наступила примерно в 02:00 01.07.2018 от потери крови.
Рана на спине нанесена при жизни.
Под ногтями обнаружены частицы цемента и песка.
Удалось установить личность жертвы по отпечаткам из базы данных военкомата.
Гордеев Пётр Алексеевич 1989 года рождения.
Проживает по адресу проспект Мира д. 40 кв. 185, один.
Работает грузчиком на местных продуктовых складах в фирме „ОНИКС“, неделю как не выходил на работу.
Татуировка на плече, символ уличной банды, распавшейся несколько лет назад.
Уголовное прошлое отсутствует. Приводов и судимостей нет».
— Родственники живые есть? — спросил Кобзарь, переписывая данные в свой блокнот.
— Родители созваниваются со своим сыном раз в месяц, в последний раз две недели назад, о пропаже сына им ничего не известно, — ответил судмедэксперт, куря у открытого окна.
— Шибздец. Получается это совершенно другой человек и на текущий момент у нас один пропавший и один убитый молодой человек. Чувствую, неделька будет не из весёлых. Что слышно в городе? — спросил кобзарь, отмахиваясь рукой от табачного дыма.
— А ничего, тихо как в болоте. Вспомнил, тебя полковник искал, сказал, как вернёшься сразу к нему. Это было где-то часа три назад, — уходя, ответил судмедэксперт.
— Начинается, только новых проблем мне не хватало, — сказал Кобзарь, смотря в потолок.
01.07.2018. 19:30
Отдел полиции № 3 Центральный УМВД России
Кабинет начальника отдела полиции
Полковник Серенко Сергей Александрович
— Входи, — раздался строгий голос начальника, из-за закрытой двери кабинета.
Вошедший в кабинет начальника Кобзарь остановился в ожидании развития событий, рассматривая внутреннее убранство. Просторный кабинет был идеально убран, все документы были расставлены по шкафам. Полукруглый стол, за которым сидел полковник, сделанный из натурального дерева, плавно перетекал в обычный, занимая практически половину комнаты, за которым обычно и проходили совещания. Два огромных окна, днём заливающие всю комнату светом, сейчас были закрыты плотными жалюзи, не позволяющими зевакам заглянуть в кабинет высокого начальства.
Сейчас в кабинете, кроме полковника и следователя, никого не было, значит, разговор будет наедине, что не сулило Кобзарю ничего хорошего. Полковник сидел молча, разглядывая стоящего перед ним следователя, получив от него недавно рапорт о нарушении приказа и халатности младшим лейтенантом, он вначале хотел его наградить, но вспомнив о систематических нарушениях сдачи отчётности, передумал.
— Садись, в ногах правды нет. Разговор нам предстоит длинный, — сказал полковник, указывая на стул по правую руку от себя. — Рапорт твой видел, хвалю, молодое поколение нужно держать в ежовых рукавицах.
— Спасибо рад стараться.
— Это ещё не всё. Дальше, где отчёты за прошедшие месяцы? Сколько можно забивать на отчётность? Как прикажешь отчитываться о потраченных тобой средствах? Если вообще никаких бумаг нет?! — спросил полковник, стуча пальцами по столу.
— Я давно просил дать мне помощника. Много текущей работы, я просто не справляюсь с этой бумажной волокитой. Сегодня снова убийство и пропажа человека. Снова всё на мне, — ответил Кобзарь, смотря на фото президента, расположенное за спиной начальника.
— Кстати, о птичках. Завтра в твоё распоряжение поступает Орехова Надежда Анатольевна 1990 года рождения, её сюда перенаправили из Питера, нам в помощь. У неё отличный послужной список, даже награды имеются. Чувствую, вы сработаетесь! — ехидно улыбаясь, сказал полковник.
— Баба? Вы, наверное, шутите?! Она же мне всю работу похерит! Лучше отдайте мне Арутюнова, с ним я хоть общий язык найти смогу.
— Ничего, сработаетесь. А из своих никто к тебе не пойдёт, слишком уж ты всех достал. Всё тема закрыта. Сейчас обсудим твоё текущее дело.
— Слушаюсь.
Обсуждение текущих вопросов заняло примерно три часа, вернувшийся в свой кабинет следователь грохнулся в своё кресло, отозвавшееся жалобным скрипом на столь жестокое обращение. Получив нагоняй от руководства, он решил закончить сегодня отчёты хотя бы за пару месяцев.
