Аркадий и Нина были ошарашены признанием дочери. Они даже не нашлись, что сказать, да и разговор пришлось прервать. Беседа проходила на повышенных тонах и Настенька проснулась. Нина Петровна хотела пойти к внучке, но Татьяна, чувствующая себя неловко, остановила мать:
- Я сама, - бросила она и скрылась в комнате, где плакала дочь.
Продолжение рассказа "Ошибка молодости..."
Глава 8
- Нин, и что мы с тобой сделали не так? – спрашивал у жены Аркадий Филиппович, когда они лежали в постели. – Почему Таня себя так ведет?
- Не знаю. Не готова она, видимо, была к замужеству, к материнству.
- Да какая разница? Готова или нет? Дело-то уже сделано, надо нести ответственность! Может, выпороть её…- с каким-то отчаянием в голосе, предложил мужчина.
- И что это изменит? Думаешь, любовь к Настеньке ремнем в Татьяну вобьешь? – поинтересовалась Нина.
Она хоть и была неприятно удивлена признанием дочери, но подсознательно была к этому готова. Не видела она у Татьяны любви к Насте. Вроде, Таня и ухаживала за дочкой: пеленала, купала, кормила, гуляла, но делала она все это как-то автоматически. Без чувств. Таня никогда не сюсюкала с дочкой, не пыталась поцеловать в макушку или пяточку, не проявляла нежность, как это делают обычно молодые мамы.
- Ничего из этого не выйдет, Аркаш. Только озлобишь дочь, - продолжила после паузы Нина.
- И что? Теперь смотреть на все это?
- Почему просто смотреть? Помогать, объяснять, поддерживать…
Аркадий был не согласен с такой позицией жены, поэтому утром, пока Татьяна не убежала в институт, вызвал дочь на разговор.
- Мы с матерью тебя вчера услышали. Теперь и ты послушай. Заставить тебя любить Настю, мы не может, но, пока ты живешь в нашем доме, придется соблюдать определенные правила. Не захочешь – можешь идти на все четыре стороны…
- Но…
- Рот закрой. Я говорю, - жестко пресёк попытку Татьяны возмутиться Аркадий. – Какие бы тараканы не бегали в твоей голове, ты должна нести ответственность за своего ребенка. Домой возвращаться не позже пяти вчера и заботиться о дочке, - Татьяна скривилась, но ничего не ответила. Да и больше не позволяла себе задерживаться в городе допоздна. Было в голосе отца что-то такое, что давало понять, он не шутит.
Родители внимательно следили за тем, как Татьяна общается с Настей. В глубине души они переживали, как бы Таня не обидела дочь. Но Тани глупостей не делала. Возилась с Настей, но без энтузиазма. Их отношения мало походили на отношения мамы и дочки, скорее Татьяна в этом тандеме была старшая сестра, которую родители заставили сидеть с младшенькой. Таня удовольствия от этого не испытывала, но свои обязанности выполняла.
Когда Настеньке исполнилось полтора года, Татьяна заявила, что хочет отдать дочку в ясли.
- Я хочу найти себе работу, - пояснила свое решение Таня, когда родители попытались ей объяснить, что не стоит спешить с яслями. – Мне надоело просить у вас деньги на прокладки, сколько можно? – дело, конечно, было не только в деньгах. Татьяне хотелось свободы, новых знакомств, общения.
Нина с Аркадием были не в восторге от этой затеи, но спорить не стали.
- Пусть Настя попробует. Если будет плакать и болеть, посидит еще дома. Зачем мучить ребенка? – на том и порешили.
Без слез не обошлось, но Настя достаточно быстро привыкла к детскому саду, да и воспитатели в группе были отличные. Они с огромной любовью и трепетом относились к малышам, тем более, их было немного.
Оформив Настю в ясли, Татьяна получила свободу. Она достаточно быстро нашла работу и, как показалось Нине Петровне, даже расцвела: стала чаще улыбаться, а, возвращаясь домой, живо рассказывала о том, как прошел рабочий день.
Первые пару месяцев Татьяна вела себя образцово-показательно. С работы приезжала вовремя, стараясь успеть забрать дочку из садика. Но потом все чаще начала задерживаться. На недовольство отца говорила:
- Пап, я на работе. Мне хочется показать начальству, что я серьезная и исполнительная. Сегодня задержалась, чтобы все успеть. Завтра тоже останусь. Надо с документами поработать, - Татьяна немного привирала. Она на самом деле оставалась на работе, но совсем ненадолго. Потом уходила и просто бродила по городу или встречалась с кем-то из подруг. Домой Татьяне совсем не хотелось.
Когда Татьяна стала задерживаться в городе до позднего вечера на постоянной основе, Аркадий вызвал дочь на разговор. Опять начал говорить про ответственность и правила его дома, но в этот раз Татьяна перебила отца:
- Пап, хорошо, что ты начал этот разговор. Я и сама думала о том, чтобы съехать. Я трачу много времени на дорогу, да и вообще… мне хочется погулять с девчонками, отдохнуть, я же еще молодая.
- И?
- Я уже присмотрела себе комнату в общежитие. Небольшая, но вполне уютная. Мне хватит. И по деньгам нормально выходить. Я потяну.
- Тебе хватит? А Настя как же? – Аркадий понимал, что Татьяна не собирается забирать дочь, но не озвучить вопрос не мог.
- Я думаю, Насте лучше остаться с вами. Вы её любите. Здесь она ходит в ясли, ей все привычно, знакомо. А в городе? Я буду с ней одна, у меня работа. Настя будет тосковать, да и найду ли я ей место в яслях? Я хотела попросить вас с мамой оставить Настю у себя. А я… я буду приезжать по выходным. И денег буду давать.
- Денег, - крякнул Аркадий. - И что будем делать? – спрашивал мужчина чуть позже у жены, - отпустим?
- А какие варианты? Думаешь, наше слово имеет сейчас какое-то значение? Или предлагаешь, заставить Таню забрать с собой Настю? Внучке с ней будет лучше?
- Не думаю. Да и как мы отдадим Настеньку? Сердце же будет не на месте. Нет, Нинуль. Не смогли мы воспитать дочь достойно, будем нести свой крест, - подвёл черту Аркадий и дал Татьяне добро на переезд. Через неделю Таня с небольшой спортивной сумкой покинула поселок.
© Баранова А.А., 2023