По своему складу императрица была женой-матерью. Основания считать именно так, дают многочисленные письма императрицы Николаю II. В них Александра Федоровна обращается к мужу “мой большой и дорогой мальчик”, “кроткий друг”, “мой маленький” и “бедный малютка”.
Твердый характер современниками Александры Федоровны воспринимался как признак мужского. Сама императрица говорила о том, что “чувствует под своими юбками брюки”. Многие отзывались о ней как о женщине “с мужским умом”. Но - и как о странной особе, имеющей при этом безграничное влияние на слабовольного царя.
“Благородные мужи” - члены Госсовета, видные общественные деятели - называли императрицу “психопатической женой”, а императора “человеком, которому атрибуты, отличающие мужчину от женщины, достались по чистой случайности”. Ходили слухи даже о том, что брак царя должен быть расторгнут, а Александра Федоровна отправиться в монастырь. В высшем обществе всерьез обсуждали переворот, в результате которого императрицу отправят в Крым, перекрыв любое ее влияние на императора.
Александра Федоровна свято верила во всевластие царя: государь может все. И желала супругу в письмах “быть более самодержавным, показать уже волю. Министры должны научиться дрожать перед тобой. Учись не просить, а приказывать. Будь строгим, тебя должны бояться”.
Вполне вероятно, что и сама она понимала, что дорогой ее Ники с ролью монарха огромной империи справиться не может, что государственные дела для него - навязанное бремя. И это бремя власти она стремилась посильно разделить. Сетовала, что в правительстве нет подходящего на эту роль человека - мудрого чиновника, которому было бы возможно доверять.
В атмосфере враждебности - а ее не знали, не понимали и не принимали - императрице приходилось защищаться самостоятельно. Вести свою одинокую борьбу. Поскольку государь защитить ее не мог. Он искренне считал, что бесконечные пересуды и скабрезные шутки в адрес его жены благородные люди не воспринимают всерьез. И ошибался. Нападки на Александру Федоровну цвели буйным цветом - в вину ей ставилось и происхождение, и давление на императора (“загнала под свой немецкий башмак”), и невозможность родить здорового наследника, и даже ее желание вылечить этого наследника всеми доступными ей способами.