Что будет с курсом рубля и чего ждать от «страшного» для России августа? Отвечают экономисты

Министр финансов Антон Силуанов объяснил очередной виток ослабления рубля торговым балансом и периодом отпусков, когда «кто-то едет за границу» и растет спрос на иностранные деньги. При этом «держать рубль» не планируется, добавил он. Экономисты рассказали RTVI, как курс рубля может меняться дальше.

Георгий Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Могу совершенно четко сказать, что факторов к понижению рубля сегодня больше, чем факторов, которые могли бы удержать на месте или укрепить рубль. <…>

У нас недавно было 70 [рублей за доллар], сегодня 90. То есть буквально за три-четыре месяца мы потеряли 30% в рубле.

Самый страшный месяц для российской экономики и вообще для российской геополитики — это август. У нас все самые страшные события всегда проходят в августе. Но мне кажется, что этот август с точки зрения валютного паритета не будет таким уж каким-то эксклюзивным.

Может быть, на каком-то другом фронте это проявится, но то, что проявится в августе, что-то взорвется, это совершенно точно. У нас это особенности национальной экономики и политики.

Мне кажется, что [курс доллара] будет где-то в районе 85—95. Если брать длинный интервал — 85-100. Это до конца года в таком плавающем режиме. Ничего страшного в этом нет. Доллар стоит столько, сколько он стоит, значит, предприниматели и население считают, что именно такое значение имеет доллар по отношению к рублю.

Я думаю, что, конечно, за 100 [рублей] доллар не выйдет в этом году, но скачки возможны — и 95, и 98… Наверняка будет какой-нибудь отскок — 85, 86, всякие налоговые периоды.

В принципе, Центробанк придерживается политики плавающего курса рубля. Если доллар достигнет 100 рублей, то ЦБ денежно-кредитной политикой будет поднимать ключевую ставку, будет делать дороже деньги. Если дороже деньги, будут меньше покупать импорта. Минфин может выйти с продажей всяких своих финансовых инструментов. Но я думаю, что сотня — это верхний, конечно, предел.

Николай Кульбака, доцент РАНХиГС, кандидат экономических наук

С большой вероятностью мы будем наблюдать дальнейшее падение рубля до конца года.

Ослабление рубля — это глобальная тенденция, которая связана со слабостью российской экономики, с тем, что у нас фактически идет уход от более устойчивых международных валют к более слабым и более неустойчивым.

Плюс эти валюты значительно хуже конвертируемы, чем доллар и евро. С ними значительно сложнее работать и затраты на работу с ними намного выше. То есть получается, что валют в России становится меньше и цена работы с валютами резко вырастает.

Одновременно с этим у нас будут происходить колебания (давайте назовем их краткосрочными, то есть колебания в интервале даже, может быть, не месяца, а пары недель) — как в ту, так и в другую сторону. Эти краткосрочные колебания предсказать практически невозможно, потому что факторов, влияющих на них, очень много.

Повлиять на предсказуемость курса рубля очень сложно.

Здесь получится ситуация следующая: Центробанк, безусловно, был бы рад изо всех сил контролировать курс рубля, но он не может это делать одновременно с контролем за инфляцией. Он может регулировать только один из этих параметров. Для ЦБ контроль за инфляцией является значительно более важным параметром, чем контроль за валютным курсом.

Тут очень сложный момент. Центробанк сейчас вынужден изо всех сил стараться исправить ситуацию, на которую он не может повлиять. Потому что, по большому счету, проблемы российской экономики, проблемы инфляции и валютного курса, лежат не в сфере экономики. И исправить это силами экономики в принципе невозможно.

То есть Центробанк действительно изо всех сил старается исправить ситуацию ровно настолько, насколько он в состоянии это сделать.

Но курс инфляции, риски в российской экономике, уход иностранных производителей, закрытие границ для российского экспорта — это лежит не в юрисдикции Центрального Банка и Минфина. И это влияет на валютный курс значительно больше, нежели действия Центробанка.