Как же угораздило-то меня? Своей смертью помереть и то не смог! Всё не как у людей! – Антон разговаривал сам с собой. Пальцы насчитали четырнадцать зарубок на косяке - две недели! Сколько он сможет ещё протянуть без пищи?
Начало
Глава 15
Глава 16.
Анка въехала не сразу, Алексею пришлось долго объяснять, прежде чем, подозрительность во взгляде жены, сменилась обидой, за то, что её не посветили во все тайны, а потом, тревогой за Антоху. После этого, она сама собрала мужу чемодан, перекрестила на дорожку и, поцеловав уже у машины, велела держать её в курсе дел и не лезть ни в какие авантюры…
***
Алексей в самолёте, а потом и в такси гонял разные мысли, пытаясь понять, что произошло. Болтливый весёлый таксист – кавказец, всю дорогу развлекал его анекдотами, но про лавину ничего не знал, кроме того, что это явление природы случается иногда и да, бывают жертвы…
…Добравшись до селения, где останавливался Антон по приезду, Алексей спросил Алана, на этот раз переспрашивать не пришлось, показали сразу нужный дом.
Семья Алана приняла его хорошо, опять были только женщины и дети. Рассказ, как по телефону повторился вновь, но на этот раз, Алексей смог задавать вопросы. Оказалось, что Антон находится под завалом уже почти две недели. Ждать в посёлке было нечего, надо было отправляться на место самому. Наутро обещали дать мальчика-подростка в проводники…
Антоха, Антоха, как же тебя так угораздило вляпаться? – думал Алексей утром, шагая за худеньким улыбчивым мальчишкой, которого назначили ему в провожатые…
***
…Как же угораздило-то меня? Своей смертью помереть и то не смог! Всё не как у людей! – Антон разговаривал сам с собой. Пальцы насчитали четырнадцать зарубок на косяке - две недели! Сколько он сможет ещё протянуть без пищи? Запасы иссякли, оставались только репчатый лук и чеснок, косами из которых, была увешана печка. Он сначала и забыл про них, но когда есть стало совсем нечего, пришлось вспомнить. Голод не тётка, не накормит.
Лук оказался ядрёным и жгучим, от чеснока всё время мучила изжога, но зато, она хорошо отбивала аппетит. В какой-то момент, Антон просто перестал чувствовать его жгучую остроту, а луковицу откусывал и жевал, как яблоко, лишь запивая водой. Зато, цинги не будет, - утешал он себя, - хотя, зачем зубы? Закончится лук, и они больше не пригодятся. Господи! Что там, снаружи? Они, наверное, бросили меня и не ищут?!
Продолжение