История эта произошла во времена, когда о мобильных телефонах никто не только не помышлял, а даже и не слыхал. Вроде и пэйджеров-то ещё не было. Или уже были эти пэйджеры, провозвестники SMS- ок ? Ну год так 96-й…
От резкого телефонного звонка я аж подпрыгнул в постели. Мельком взглянул на часы: - Господи, помилуй меня от бед и напастей! – пять утра! Такие звонки бывают неспроста… Кому я понадобился в такую рань? Я бегом побежал в прихожую.
- Алё-алё, привет! Славик, ты?,- голос вроде знакомый, но со сна не сразу вспомнишь, кому он принадлежит.
- Извините, с кем имею честь разговаривать?,- не стал жеманничать я и спросил напрямик.
-Да это я, Колян, грузчик твой («тьфу ты, леший!»,- мысленно сплюнул я), выручай, братан, я в «трезвяке!» («тьфу ты, ещё раз!»), забери меня отсюда, мне же через час товар твой вывозить и палатку ставить. Выручай!
Что делать, хороший торговый день терять было нельзя. Только у Коляна были ключи от склада, где мой товар… Пришлось быстренько одеваться, схватить барсетку с документами и в машину – гнать на улицу Петина, в то самое «метро», как назывался в народе «трезвователь», а если уж совсем без ошибки, то «вытрезвитель». Сам я в этом «пятизвёздочном отеле» не бывал, Бог миловал (а может, просто вестибюлярный аппарат у меня хороший, и никогда не «штормит»?), поэтому пришлось искать, где же здесь входная дверь.
Захожу в «холл» - и в нос шибает очень богатый букет запахов, среди которых доминирует запах перегара от дешёвых вин. Народ называет эти вина «пойлом». В голове всплывает старая шутка про шпиона и разведчика: чем отличается первый от второго? – А ровно тем же, чем запах от аромата: запах может быть плохим, а вот аромат – никогда! Так вот, ароматов здесь не бывало, похоже, давно. Впрочем, может быть на женской половине этого заведения (есть и такая!), и веет от кого-то «шанелью», но только не номером «пять», а какой-нибудь «тринадцатой», спаянной в едином «выхлопе» вместе с портвейном, «водовкой», пивом и прочими джин-тониками. От таких непродуманных «коктейлей» и попадают сюда добрые люди…
В этом небольшом вонючем «холле» странноприимной «богадельни» нервно топчутся три женщины приличного вида, - они, видимо, приехали за мужьями. А за длинной стойкой сидит дежурный в форме сотрудника милиции, сержант, и листает с важным видом какие-то бумаги. К нему-то я и обратился: - Дяденька милиционер, мне бы от вас человечка забрать…
- Какого ещё человечка?,- недовольный моим панибратским «дяденькой» спросил сквозь зубы дежурный.
- Как какого? Постояльца одного, он мне звонил с вашего телефона минут двадцать назад…
- Они, представьте, все звонят. И именно с нашего телефона, другого здесь нет…Фамилия!
- Чья?
- Ну не Ваша же! Дружка Вашего!
«Тоже мне, друга нашёл»,- мелькнула у меня мысль, и сразу застопорилась: фамилию-то я совсем не помнил. Все звали его просто - Колян да Колян!
- Так как фамилия друга?,- выделив громче слово «друг», явно в глазах женщин записывая меня в ряды алкашей, повторил свой вопрос сержант.
- Да вспомню сейчас, подождите…
- Хороши ребята, нечего сказать, и фамилию дружбана не вспомнить! Тоже с похмелья, что ли?
- Я за рулём, во- первых, а Вам, если нечего сказать, то лучше помолчать.
- Вы мне тут не указывайте, понимаешь…
«Чёрт, как же у него фамилия-то? Ведь знал же! Она ж у него несложная, простецкая такая, народная… Вроде как-то связана с маленькой избушкой… Но ведь не Избушкин же? Нет, похоже на «Избушкина», но не то! И не Избёнков, нет! Домиков? Нет! Хижинов не Хижинов?,- у меня закрутилась целая карусель синонимов ( вот даже и слово «синонимы» вспомнилось!) к слову «домик». – Та-ак, Хибаркин, что ли? Да нет, точно не Хибаркин! И ведь не Скворечников же, чёрт бы побрал этого Коляна! Сараева я бы вспомнил, был такой двоечник у нас в первом классе, оставили на второй год…Сарайкина я тоже знавал по старой работе, поэтому – не Сарайкин…Конуркин, может быть? Да нет же!...
- Ну, и?,- прервал мои филологические изыскания милиционер.
- Товарищ сержант, мне самому смешно уже! А можно я гляну в Ваш список? Помню, что фамилия у него как-то маленькую избушку напоминает!...
Сержант усмехнулся, посмотрел на меня исподлобья, как на идиота, и повёл прокуренным пальцем по столбику фамилий в журнале. Палец его споткнулся и замер. Дежурный не смог спрятать улыбки:
- Будкин, что ли?
- Ну, конечно, он, бедолага! Будкин! Будкин! Будкин!...
-С вас, молодой человек, за хранение вашего Будкина, 50 рубликов. Будьте любезны!