– Вы сегодня несколько раз упоминали [сына] Антона, но ни слова не сказали об Алишере Усманове.
– А почему я должна о нем говорить?
– Хотя бы по той причине, что прожили вместе 30 лет.
– Нет, дядя, значительно больше! 44 года.
– В законном браке состояли 30. С 1992-го до 2022-го. Факт!
– Я была с ним в разные времена, что, поверьте, намного важнее, чем печать в паспорте.
– Алишер Бурханович продолжает вам помогать или же вы лишились главного спонсора?
– Вот зачем эти вопросы, скажите?.. Наверняка же знаете: о бывших супругах говорят или хорошо, или никак. Предпочитаю молчать. Не хочу касаться прошлого. Когда требовалась моя помощь, я была рядом в самое трудное для него время. Если бы все начать заново, сделала бы точно так же.
Не могу бросить человека в тяжелую минуту, это претит моей натуре. А что случилось дальше, это, как уже вам говорила, не мои проблемы. Страница перевернута на веки вечные. Аминь.
– Такое чувство, у вас есть обида на бывшего мужа.
– Еще раз скажу: это очень личное. Может, когда-нибудь решу высказаться по этому поводу. Вряд ли в интервью. Скорее в книге. Но не в той, что выходит сейчас. Пока не готова говорить подробно.
Мы разошлись по-настоящему, хотя многие думают, будто был придуман такой хитрый ход конем, чтобы избежать санкций. Нет, нет и еще раз нет. И я не попала ни под какие запреты по той причине, что у меня нет ни трастов, ни чего-либо еще. Всегда старалась все делать сама, ни у кого ничего не брать. Даже у него.
– А как же ваша вилла на хорватском острове Корчула?
– Во-первых, не на Корчуле, а в городе Оребич, который расположен на материке. Да, он купил эту виллу мне, там была база для летних сборов нашей сборной. Сейчас ее нет. Все, закрыли тему, пока по-настоящему на вас не рассердилась, – ответила глава Всероссийской федерации художественной гимнастики.
