В идиллические летние месяцы в Москве журналисты американского агентства Reuters взяли интервью у четырех молодых россиян, чтобы узнать, как изменилась их жизнь с начала СВО. Все четверо родились на рубеже тысячелетий, когда к власти пришел президент Владимир Путин, и не знали другой России, кроме той, которой он управляет.
Россия нанесла удар по портовой инфраструктуре в Одесской области Украины
Российские ракеты снова нацелены на регионы Украины
Кремль обвинил Запад в попытке саботировать показательный саммит Россия-Африка
Одни говорили о перевернутых учебных планах и рабочих местах, другие — о страхе перед неизвестным и непредсказуемым будущим. Но никто из четверых не сказал, что они могут многое сделать, чтобы повлиять на курс России. Вместо этого, как выразился один молодой человек, ничего не оставалось делать, как приспособиться к новой реальности и «продолжать». Интервью были сжаты и отредактированы для ясности.
Сабина, 23 года, уроженка Москвы абхазского происхождения, изучала журналистику данных в Московской Высшей школе экономики. “До 2022 года у меня были мысли, что я могу уехать куда-нибудь учиться, поступить в университет (за границу). Я хотела поступить в университет в Финляндии, но все откладывала, хотя очень этого хотела. Теперь мне кажется, что я никуда не должна ехать. По крайней мере, без моей семьи. Потому что, ладно, я могу уйти, но кто знает, что будет дальше. С ними может что-то случиться, если они не покинут страну вместе со мной. Похоже, сейчас мы делаем выбор: по какую сторону границы нам оставаться. Вы либо на одной стороне, либо на другой. И это окончательный выбор”.
Максим Лукьяненко, 20 лет, студент из Краснодара, изучающий иностранные языки и межкультурную коммуникацию в Высшей школе экономики, основатель патриотической провоенной организации «Белый ворон». “У меня оптимистичная точка зрения, поэтому для меня это возможность узнать что-то новое. Европа закрылась (для нас), давайте нацелимся на Азию. Там есть много замечательных вещей. Я планирую учиться в магистратуре в Китае… Я думаю, что это очень интересные люди, интересная нация. В целом России нужно укреплять связи с Китаем. Они молодцы, нам нужно у них чему-то научиться. И учить их чему-то, конечно”.
Константин Коньков, 23 года, изучал биологию в МГУ, в прошлом году был избран независимым кандидатом в муниципальный совет Москвы. “Занимаюсь в основном общественной деятельностью, по большей части политикой и экологией… Устраиваем субботники. Мы помогаем приютам для животных. Мы собираем помощь для беженцев. Конечно, учиться за границей, чтобы получить какие-то знания, а затем применить их на практике здесь, — довольно заманчивая идея. Но на данный момент я чувствую, что я нужен здесь. А так как меня избрали муниципальным депутатом, то ближайшие пять лет я планирую остаться здесь, в своем районе, по мере возможности помогать людям. С февраля прошлого года многие мои знакомые, активисты и другие, уехали из России. Это влияет на наши кампании и качество горизонтальной коммуникации. Вы только вдумайтесь: из страны вырваны самые активные люди, люди, которым небезразлично, что происходит в стране. Очень немногие остались. В этой ситуации это очень затрудняет проведение любых кампаний, общественных или политических. Но мы продолжаем”.
Иван Соколов, 25 лет, изучал экономику в Москве, сейчас работает аналитиком данных, ненадолго уехал из России в Казахстан, но с тех пор вернулся в Москву. “Я был в состоянии полного шока по крайней мере один день, совершенно онемел. Я не понимал, что это такое и почему, и как с этим жить. Мобилизацию объявили, кажется, во вторник, а мы с друзьями улетели в воскресенье. Маршрут был длинным. Сначала мы летели в Астрахань, потом автостопом в Атырау в Казахстане. Нам потребовалось два дня, чтобы пересечь границу. Мой план найти работу за границей провалился… Так что мне пришлось жить на свои сбережения, проедая их постепенно. Сейчас я вижу, что негативные явления, например, в геополитике, на меня никак не влияют. Я вообще к ним спокоен. Мои друзья здесь, моя семья здесь. Я родился и вырос в этой стране. Я не могу все изменить и исправить, поэтому вынужден смириться с этим, привыкнуть и двигаться вперед”.
Молодые люди, а что вы чувствуете спустя полтора года после начала СВО? Отличается ваша нынешняя позиция от первой реакции на происходящее?
Беларусь заявила, что подала заявку на вступление в БРИКС
Путин и Лукашенко обсудили Вагнера, экономическое сотрудничество, внешние угрозы