Новый непрактичный, но любопытный анализ возможных путей отъема денег России провел Council on Foreign Relations.
Замороженные российские активы не дают спокойно спать лучшим умам США и ЕС. На этот раз найти способ, как бы ловчее присвоить русские деньги — разумеется, с благой целью восстановления Украины — пытается Джонатан Майерс из Council on Foreign Relations (CFR).
В данный момент, пишет Майерс, США вместе с коллективным Западом насчитали, что Киеву необходим триллион долларов на восстановление, значительную часть которого неплохо бы отобрать у России после поражения последней.
Тем не менее, поражение России явно откладывается, тратить собственные деньги на поддержку киевского режима уже не хочется, так что нужно наложить лапу хотя бы на те русские средства, которые относительно доступны.
Например, правительство Украины заявляет, что только в этом году ему необходимо около 14 миллиардов долларов для финансирования важнейших инфраструктурных проектов, пишет Майерс. Тут представитель CFR явно лукавит: начинать любые инфраструктурные проекты под обстрелами — такая идея вряд ли могла бы прийти в голову даже известному эмоциональной нестабильностью Зеленскому. Куда проще поверить в то, что 14 миллиардов долларов нужны для текущих социальных расходов Украины, которой просто негде взять доходную часть бюджета.
По противоречивым сведениям, Запад коллективно смог наложить арест примерно на 300 миллиардов долларов российских резервов. Противоречивым, потому что регулярно возникают публикации о трудностях с нахождением российских активов: другими словами, заморозка носит теоретический характер, и реального доступа ко всем деньгам у врагов нет.
Даже с тем что есть, Запад не знает, как поступить. Пока что удается грабить только неназванных русских олигархов – в качестве победного шага Украине были переведены 5 миллионов долларов из средств некоего русского бизнесмена. Министр финансов Джанет Йеллен заявила, что на пути грабежа активов российского правительства стоят «значительные юридические препятствия» и двухпартийная группа американских законодателей пытается разработать механизм, позволяющий изъятие.
Лидеры ЕС также взвешивают варианты, при этом недавнее обсуждение было сосредоточено на том, как использовать или облагать налогом огромный процентный доход, получаемый от арестованных российских активов, вместо конфискации самих базовых активов. Аналитики ожидают, что замороженные активы, большая часть которых принадлежит бельгийской фирме Euroclear, принесут более 3 миллиардов долларов начисленных процентов в этом году.
Даже в Киеве процесс изъятия идет плохо. Киев начал кампанию по конфискации российских активов через несколько месяцев после начала конфликта, но практические результаты минимальны. По состоянию на март, пишет CFR, только два из более чем девятисот российских государственных активов были конфискованы и переведены в национальный инвестиционный фонд.
Западные эксперты видят ряд потенциальных рисков в случае присвоения российских активов. ЕЦБ в частном порядке предупредил лидеров ЕС, что попытки использовать арестованные активы российского правительства могут подорвать международную репутацию евро как второй по величине резервной валюты, повысить стоимость заимствований для европейских правительств и нанести ущерб торговым отношениям ЕС. В США существуют аналогичные опасения в отношении потенциального ущерба для доллара США.
Другие аналитики внешней политики предупреждают, что западные державы должны избегать повторения репарационного бремени, наложенного союзниками на Германию после Первой мировой войны, которое способствовало экономическим проблемам Веймарской Республики и помогло подготовить почву для подъема фашизма.
В результате, ни к чему конкретному CFR не приходит.
Самое забавное не то, что Запад не может найти российские деньги, и даже теоретически придумать рабочий механизм их использования. Есть большая вероятность того, что попытки конфискации российских активов так и не состоятся — потому что ситуация тут обоюдоострая.
Пока что на Украине между центрами силы держится хрупкий мир, но если Киев начнет отбирать российскую собственность, то Россия отберет украинскую. Вроде фабрики Петра Порошенко «Рошен», которая до сих пор не национализирована. И другие предприятия, на фоне которых национализированная квартира Зеленского в Ялте будет совершенной мелочью.
Примерно такая же ситуация и с Западом. Например, французская «Тоталь» работает с российскими компаниями в проектах по добыче газа и отправке СПГ в Европу (и не только), кроме того, существуют активы западных банков и прочие «уязвимые» для Запада точки. Не исключено, что между Россией и нашими иностранными «партнерами» есть даже паритет по количеству активов, которые можно отнять у оппонента.
Забавно, что обозреватель CFR полагает, будто лежащие за рубежом деньги — это вообще всё, что у России есть. И если их украсть, то в России немедленно начнется «подъем фашизма» и прочий реванш. Впрочем, Россия, действительно, не может распоряжаться своими деньгами, и это нехорошо.
Очевидно, что если в США будет принято решение российские деньги похитить окончательно, то на Украину доберется в лучшем случае 10% от этой суммы. А остальное Запад оставит «за долги» себе.
Безусловно, отъем денег Россию не обрадовал, и она их, так или иначе, из Запада выбьет обратно. Но предполагать, что в зависимости от судьбы присвоенных Западом денег зависит политическая реальность России и её стратегический курс — исключительно наивно.
Подписывайтесь на Телеграм-каналы Института РУССТРАТ и его директора Елены Паниной!