Блогеров много, а самоорганизации мало

Постоянный участник нашего проекта «После», политолог Владимир Пастухов (внесен минюстом в реестр иноагентов - Полит.Ру) на youtube-канале «Живой Гвоздь» говорит:

«Меня <…> заинтересовало то, что идут нестандартные репрессии. Мы все-таки привыкли к тому, что демократическое движение находится под основным репрессивным ударом, а здесь прямо две волны подряд. Первая волна прошлась по националистам, вторая — по социалистам. У меня возник вопрос: Почему их?

И почему я их сравнивал? И в первом, и втором случае для меня интересное наблюдения: очень низкий коэффициент конвертации онлайн-популярности в офлайн-поддержку. В случае со Стрелковым это видно даже было более наглядно, потому что это ощущение того, что Стрелков здесь, Стрелков с нами, Стрелков везде, повсюду и Стрелков forever, оно возникало, когда ты мониторил публичное пространство. Понятно, что там был еще Пригожин и Дугин, но все-таки Стрелков был очень заметной фигурой на этом фланге. И когда я увидел небольшую группу людей в пределах 100+ около суда, которые были раздавлены произошедшим и к моему изумлению ссылались на Российскую Конституцию и требовали выполнения статьи 29-й. Это свобода мнений, выражения. И как-то с их бэкграундом и с учетом того, что предшествующие полтора года они призывали превратить страну в военный лагерь наподобие Северной Кореи. Вот этот контраст между призывом к Северной Корее и возмущением и ссылками на раздавленную Конституцию, он вызвал у меня чувство сожаления и сочувствия.

Мы умом все понимаем, что социалистическое движение — это нечто, что должно иметь глубокие корни и поддержку у народа. И дальше Бориса (Борис Кагарлицкий внесен Минюстом в реестр иностранных агентов – Полит.Ру) арестовывают, и мы видим, что есть небольшая группа вокруг сети «Рабкор», которая пытается его поддержать. Это всё классная комната такая. И, в общем, опять никакой реакции со стороны общества.

И у меня возник вопрос, почему? Понятно по этой реакции, что люди не представляли какой-то актуальной угрозы для этой власти. Не было у меня ощущения, что была игра, на флажке Стрелков мог подняться и совершить какой-то переворот и Кагарлицкий* мог поднять трудящиеся массы и профсоюзы на какую-то борьбу, забастовки всенародные и так далее.

То есть очевидно, что вроде как бы маленький ресурс — и такая мера пресечения политическая. И я понял, что одно, что их объединяет — это, что у нас блогеров много, а людей, пытающихся выстроить структуры самоорганизации очень мало».

* внесен Минюстом в реестр иностранных агентов