"Банда альфонсов". История Медни. Часть 2.

Первую часть истории вы можете прочесть здесь.

Вскоре Медни вернулась в Ингушетию, ей нужно было взять свидетельства о рождении детей и уладить юридические вопросы. Родственники мужа узнали о приезде и стали искать ее, чтобы забрать детей. Медни уверена, что они готовы были ее убить. Однажды ее собственная мать привела к ней преследователей.

«Мама сказала, что приедет повидать внуков. Я смотрю в глазок – только она стоит. Я открыла, и тут ворвались два моих брата, дяди со стороны отца, а также брат мужа. У меня началось головокружение. Брат и дяди кричали на меня и пытались бить. Мой 17-летний сын схватил нож, чтобы меня защитить. Мой брат стал его бить, вмешалась моя 16-летняя дочка, ее избили тоже. Нас насильно посадили в машину и увезли к брату в село Средние Ачалуки. У меня и детей отобрали телефоны и заперли»

Младшая дочь утаила свой телефон, с него женщина позвонила в полицию. На вызов приехали два молодых оперативных сотрудника и участковый. Хозяин дома заверил, что его сестра душевно больна, что она гулящая.

«Он говорил полиции: а что бы вы сделали, если бы это ваша сестра так опозорила вас? Рассказал, что я была в Турции и якобы непонятно чем там занималась, предложил полицейским приезжать проверять, жива ли я»

«Тогда участковый потребовал от меня расписку, что у меня все в порядке. Я сопротивлялась, но брат прямо при полиции сжал мне шею, усадил за стол и заставил переписать полицейский образец расписки. После этого они уехали, а меня стали бить»

Из разговоров родственников Медни узнала, что ее детей собираются отдать в семью отца, а потом собрать совет, где решат убить женщину «по законам гор». Она поймала момент, когда братья вышли по делам, и снова позвонила в полицию – уже знакомым сотрудникам в Магасе. Те прислали наряд из столицы республики и вывезли ее и детей. За полицейскими гнались братья Медни, но, когда они ворвались в отдел, начальник заявил им, что надо чтить законы Российской Федерации, а делом занимается лично глава МВД Ингушетии Михаил Коробкин.

«Из Ачалуков вызвали полицейских, которые не помогли мне накануне, я указала на них. Они чуть не на колени передо мной падали, умоляли не заявлять за бездействие, – продолжает пострадавшая. – В тот же день сотрудники полиции помогли мне покинуть республику и страну. Муж, с которым я к тому времени развелась, вышел из тюрьмы и продолжал мне угрожать и угрожает до сих пор»

«Он обещал всегда меня преследовать. Я лечусь от посттравматического стрессового расстройства, моим детям тоже назначена терапия, я до сих пор боюсь за свою жизнь. Родственники тоже не отказались от идеи меня поймать. Я вышла из этой секты (собеседница так называет братство баталхаджинцев) и убежала. Этого они не простят. Им проще было меня убить»