В судебной практике можно встретить дела о попытках привлечения к возмещению убытков руководителей компаний, которые ранее выступали противоположной стороной в гражданско-правовых отношениях к истцам. Одно из таких дел рассмотрим в данном материале.
Согласно материалам дела, Решением Арбитражного суда г. Москвы в отношении организации было открыто конкурсное производство. Конкурсный управляющий (истец) обратился с иском к бывшему директору (ответчик) компании, которая ранее приобрела у ликвидируемой организации специальную технику и транспортные средства. Истец утверждал, что ответчиком были заключены сделки, в результате которых причинены убытки ликвидируемой организации. Из заявления конкурсного управляющего следует, что договоры следует признать недействительными, поскольку они совершены в целях причинения имущественного вреда правам кредиторов, а также как совершенные при неравноценном встречном исполнении. Во всех инстанциях по делу № А40-300401/2018 в удовлетворении исковых требований было отказано.
При рассмотрении дела судами было отмечено, что:
В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.
Судами установлено, что указанные сделки конкурсным управляющим не были оспорены в рамках обособленных споров.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Иными словами, действующим законодательством предусмотрена обязанность возмещения убытков, причиненных юридическому лицу по вине лица, уполномоченного выступать от его имени, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица (статьи 53, 53.1 ГК РФ, статья 61.20 Закона о банкротстве). Суды установили, что ответчик при заключении сделок действовал от имени компании-контрагента, и не являлась уполномоченным лицом ликвидируемой организации
Доказательств того, что ответчик являлся лицом, определяющим действия ликвидируемой компании, в том числе учредителем (участником) должника или лицом, имеющими фактическую возможность определять действия должника на момент заключения сделок, материалы дела не содержат.
Таким образом, так как ответчик действовал не от имени ликвидируемой организации, а от имени компании-контрагента, соответственно, с него не могут быть взысканы убытки в порядке статей 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Закона о банкротстве, на положениях которых конкурсный управляющий основывает свои требования.