Четвертые сутки Москва плавится от зноя, и лично я не вижу в этом ничего хорошего: не люблю жару и плохо её переношу. Однако эта жара подарила мне пищу для размышлений. В эту погоду я вдруг живо вспомнила отрочество — нежный подростковый возраст этак от 12 до 17 лет. Во-первых, потому что я помню и понимаю: то, как я сегодня плохо переношу жару, — это ерунда по сравнению с тем, как ПЛОХО я переносила её тогда. Во-вторых, меня натолкнула на эти мысли случайная реплика автора одного из каналов, которые я читаю. Дама делилась наблюдениями: мол, была она в Вологде, поднималась на колокольню и заметила семью с дочерью-подростком — так вот, родители лезли вверх бодро, а девица выла, что ей тяжело и плохо.
Вот тут-то на меня воспоминания и нахлынули.
Ха-ха.
Сегодня я могу прокатиться 20 минут в душном вагоне метро без кондиционера, вылезти оттуда полудохлая, но не грохнуться в обморок. Могу, потому что я вполне здоровая тридцатилетняя женщина, равно далёкая от пубертата и от климакса. А вот в условные 14 лет мне приходилось выскакивать из такого вагона каждые две-три станции, чтобы подышать. И я отлично это помню.
Равно как помню, что почти каждый мой летний отдых в отрочестве оборачивался тепловым или солнечным ударом — хотя (предвосхищая вопросы) насчёт необходимости тени/шляпы/питьевой воды я дрессированная с самого детства. Это сейчас я могу позволить себе ездить на море в сентябрьский и октябрьский бархатный сезон, а пока училась в школе и университете, так было нельзя.
А ещё, кстати, с тех пор как я закончила школу и перестала таскать тяжёлый рюкзак с учебниками, у меня резко перестала болеть спина. Ну это так, просто к слову пришлось.
Между тем в архивах памяти почти каждого, кто был подростком, наверняка хранится чудная реплика в духе «Да что у тебя может болеть в 13 лет?!», брошенная кем-то из старших. Когда отказалась ты, бывало, место в транспорте уступить (потому что в силу естественных ежемесячных причин дико болит живот), или вот не захотела лезть на колокольню (потому что спина убита школьным рюкзаком), или сказала, что тебе тяжело гулять по городу в тридцатиградусную жару (потому что на фоне дивного пубертата давление прыгает туда-сюда от 90 до 150).
В такие моменты мне становится очень жалко подростков. Потому что критикующие их взрослые как будто забывают, что как раз в пресловутые 13 лет запросто может быть букет совершенно естественных для этого возраста проблем, которые сопровождают гормональную бурю и половое созревание. И болеть в этом возрасте может что угодно, и плохое самочувствие всплывать в самый неподходящий момент. Обычно это ненадолго, и уже к 18-20 годам ты переходишь в категорию «Молодая здоровая кобыла, да на тебе пахать можно!». И остаёшься таковой до... ну, тут уж кому как повезёт.
И у меня тут только два варианта: либо нас окружают счастливейшие люди, пережившие своё взросление без капли физического дискомфорта... либо за давностью срока эти люди просто не помнят, каково оно вообще быть подростком. Ну-ну.
В большей степени, конечно, всё это актуально для девочек. Хотя и для мальчиков тоже. Мой брат, помню, в нежном возрасте тоже обмороки в метро в час пик выдавал. Ничего, перерос.
Мораль? А мораль тут будет довольно жёсткая. Просто всем, кто готовится закатывать глаза и ворчать насчёт ленивых, наглых и хилых детей, которые не спешат уступать места в транспорте или не хотят скакать сутки напролёт по интересным экскурсиям, от души советую: напрягите память и вспомните себя в их годы. Точно-точно никогда не ехали домой из школы, согнувшись от специфической боли в животе? И от духоты дурно не становилось? Если нет, поздравляю — вы везунчик... но это всё ещё не повод ворчать на подростков: вашей-то заслуги в этом нет.
Признавайтесь: придираетесь к подросткам? Или хорошо помните себя в их годы? Высказывайтесь в комментариях и подписывайтесь на канал, будет еще много интересного. Читайте также: