Рассказ "Страшила". Часть 7
Начало истории
Предыдущая часть
— Зачем?
Я сидел на детских качелях, ловя на себе недовольные взгляды прохожих, когда подошла Страшила и уселась рядом. Многочисленные колечки в ее ушах засверкали на солнце. Она повторила свой вопрос.
— Затем, — буркнул я. — Нечестно сваливать все на тебя. Это ведь сделал: этот переполох в школе устроил я. А ты еще и пострадала.
— А ты у нас такой честный? — язвительно бросила она, отталкиваясь от земли ногами в серых кедах.
— Скажи «спасибо», и забудем об этом.
Она замолчала и смотрела перед собой, крепко сомкнув губы. Я поднялся и поплелся по тротуару в сторону дома. Несмотря на то, что закончилось все хорошо, директор собирался оповестить мою семью о том, что я натворил. Представляю лицо Натальи, когда она услышит, что ее приемный сын – закоренелый преступник.
Страшила быстро нагнала меня и пошла рядом.
— И где ты теперь будешь учиться? — она заметно прихрамывала, и я испытывал от этого какое-то нездоровое удовольствие и даже не думал идти медленнее.
— Все там же, — хмыкнул я.
— Как это? — не поняла Страшила, остановилась, ухватила меня за локоть, скорчила лицо, по-видимому, от боли и поправила бинт на колене. — Тебя не выгнали?
— А так. Я же из детдома. Если директор меня выгонит, это грозит ему неприятностями. Так что все обошлось.
Она удивленно уставилась на меня:
— Из детдома?
— Угу. Мои родителям меня не хотели, я думаю так. Да и ладно. Главное, на свет я все-таки появился, и даже кто-то захотел взять меня в семью. Мне повезло.
Я вдруг осознал, что стал идти гораздо медленнее, подстраиваясь под шаг Страшилы. Ее лицо было напряжено, брови сдвинуты, будто она пыталась решить в уме сложное уравнение, а пальцы все еще сжимали мой локоть. Затем она вдруг встрепенулась, расцепила пальцы и обессиленно опустила руки вдоль тела.
— Мои родители тоже меня не хотели, — сказала она тихо. — Мама решила уйти из жизни, отец не смог с этим смириться и ушел. Одна бабушка осталась со мной, но, думаю, это из безысходности. Не может же она меня выставить из квартиры. Она хорошая. Только вот иногда так смотрит на меня… знаешь… таким долгим грустным взглядом. И тогда я думаю, что она винит во всем меня.
Я продолжал идти как можно медленнее. Я и не знал, что ее жизнь настолько паршивая. Даже представить не мог. Одно дело, когда родители сразу же отказываются от тебя, ты их и знать не знаешь, а другое – бросать своего ребенка, когда он уже все понимает. Я попытался вспомнить, когда Лера превратилась из обычной девчонки в Страшилу. Классе в пятом. Или шестом. Эти кольца в ушах, шарик в брови, странная черная одежда. Ее сразу же окрестили в Страшилу, никто и не подумал узнать, в чем причина такой перемены. А может, подумали, но что с того? Никого это не зацепило! Все знали, что у нее что-то произошло, но всем было плевать, что именно.
Лера заметила, что я пялюсь на ее колечки в ушах, и вздохнула.
— Это напоминание, — сказала она. — Я делала проколы сама. Это напоминание о боли. Не хочу забывать.
Наступило угрюмое молчание. Мы присели на скамейку возле моего подъезда: я и не заметил, как быстро мы дошли.
— Просто, — сказал я, — просто люди этого не понимают. Над тобой смеются из-за этого, дразнятся, не хотят связываться. Может, пора забыть?
Лера глянула на меня так, будто я оскорбил ее до глубины души. Отвернулась и провела рукой по спутанным волосам.
— Мне плевать на их мнение.
— Да не похоже, — отозвался я. — Тебе нужно принять себя, а не прятаться за этими металлическими штуковинами!
Она подскочила, бросила на меня грозный взгляд.
— Ты записался в психоаналитики?! — рявкнула она. — Хватит меня лечить! Я такая, какая есть. Не нравится? Будь с ними! Будь, как все!
Хромая, она заспешила обратно, яростно натягивая непослушную лямку рюкзака на плечо.
— Ну и буду! — крикнул я. — Трусиха!
Страшила обернулась и несколько минут прожигала меня ненавистным взглядом. Затем быстро скрылась за поворотом. Я тяжело вздохнул и двинулся к подъезду. Меня еще ждал разговор с Натальей.
Продолжение здесь