Фильм Кирилла Кемница «Кентавр» завлекает зрителей актерским составом, интригующим сюжетом и отсылками к другим картинам

Киноманы сразу вспоминают знаменитую ленту Мартина Скорсезе «Таксист» (1976), герой которой тоже страдал бессонницей. Но люди этой профессии, позволяющей встречаться с многочисленными пассажирами и переживать немало приключений, нередко становятся персонажами фильмов. Вспомним лирическую комедию «Зеленый огонек» Виллена Азарова (1964). Или яркую работу Николая Крючкова в ленте Владимира Рогового «Горожане» (1975). Или остросоциальную картину Вячеслава Сорокина «Плата за проезд» (1986). Но, пожалуй, криминальная интрига, связанная с такси, у нас не так часто преобразовывалась в детективное кино. Можно вспомнить ленту режиссеров Алоиза Бренча и Ростислава Горяева «24-25 не возвращается» (1969). А прямое участие таксиста в преступных деяниях советских злодеев случилось в детективе Владимира Фетина «Пропавшие среди живых» (1981).

А вспомнились эти ленты потому, что автор «Кентавра» предлагает нам лихо закрученную интригу, целиком построенную на истории отношений таксиста Саши и его случайной (как кажется поначалу) пассажирки, «ночной бабочки» Лизы (Анастасия Талызина). На их диалогах, порою забавных, порою тревожных и загадочных, сценарист Михаил Зубко и пытается выстроить фабулу экранного зрелища таким образом, чтобы зритель не скучал.

Сначала мы узнаем обстоятельство, в корне меняющее наше отношение к водителю Саше. Он — инвалид и может с трудом передвигаться на своих двоих. И посему обречен оставаться за баранкой, накручивая километры, чтобы заработать на операцию. Что и объясняет название фильма, в центре которого человек, «сросшийся» с машиной. Законы жанра триллера диктуют необходимость создания соответствующей атмо­сферы в кадрах из жизни ночной Москвы — огни большого города сверкают немного зловеще, а инфернальная музыка за кадром нагнетает ощущение тревожного ожидания.

Еще бы! На смертельно опасных виражах во время ночных гонок Саша абсолютно спокоен и уверен в себе, но молчалив. Что пугает и нас, и Лизу. Как и звучащие в кадре слова о действующем в столице маньяке, который насилует и убивает по ночам молоденьких девушек с низкой социальной ответственностью. И зрители в дуэте с Лизой начинают испытывать душевный трепет, подозревая, что Саша и есть искомый злодей. Юра Борисов в этих эпизодах легко и непринужденно надевает маску маргинального персонажа, которого можно заподозрить в дурных намерениях. Однако вспоминается и его фраза о том, что ночью все выглядит иначе.

А далее начинается лихое и довольно жестокое действие. Саша и Лиза вынуждены по воле обстоятельств и коварных замыслов тех, кто хочет их втянуть в грязную и кровавую аферу, спасаться в смертельной гонке.

И тут мы уже полностью сочувствуем парочке оказавшихся вместе персонажей, которые пытаются выиграть поединок с врагами. Режиссер Кирилл Кемниц оказался мастером, которому вполне под силу создать динамичное зрелище, где смешались в кучу не только люди, но и легковые машины.

Добро в конечном счете должно оказаться сильнее зла. Но мы не будем раскрывать все тайны развязки неожиданного и динамичного зрелища. Намекнем лишь, что заключительной репликой, которая звучит в «Кентавре», станет вполне узнаваемая бытовая фраза, которую хотя бы раз в жизни произносил каждый из нас: «Давай вызовем такси».