Алексей Трифонов (Трифон) и Андрей Овчинников (Банзай или Овчина) были самыми медийными бандитами начала 90-х. Они входили в банду Николая Азарченкова (Азар), которая в основном занималась грабежами и кражами. Позже оба проходили по делу Азара, в ходе которого каждый решил, что сдал другого. После этого между ними началась бандитская война с избиениями и заказными убийствами. Из-за жестокости и безрассудства оперативники называли их и их бойцов «отомороженными».
Трифон и Овчина были активными участниками банды Николая Азарченкова. Кроме боксера Трифона в банде было много хороших спортсменов, включая самого «качка» Азарченко, искренне гордившегося принадлежностью к обществу «Трудовые резервы», и каратиста Юрия Егорова (Стаса Питерского) — сына полковника милиции из Нижнего Тагила. Всего под контролем Азара находилось около 30 крепких бойцов.
Специализацией группы были квартирные кражи и грабежи. Масштаб криминальной деятельности считался масштабным.
Значительной была и дерзость участников: например, Овчинников готовил покушение на «центровых» Олега Вагина и Михаила Кучина. Он собирался взорвать бомбу в баре ресторана «Космос» — постоянном месте сбора «центровых». Бомбу ему собрали прапорщики из военного городка на Вторчермете. Покушение сорвалось из-за ареста Овчинникова.
Николай Азарченков был неоднократно судим, но в ортодоксальной «синей» среде авторитетом не пользовался. Самые острые разборки произошли у него в самом конце 80-х с Мурадовым (Аваренком). Сначала Азарченков подмял под себя знаменитую шашлычную на железнодорожном вокзале, где в начале 80-х работал поваром Гарик Оганесян. Затем попытался забрать под себя таксистов с привокзальной площади. Ежемесячно порученец Аваренка собирал по 50 рублей с каждого таксиста работавшего на вокзале. Трифон и Овчина проникли к порученцу в квартиру и застрелили его из обреза, которым тот пытался защититься. Ситуация обострилась, и Аваренок был вынужден скрыться.
В середине 1988 года деятельность группы была пресечена сотрудниками уголовного розыска. После задержания, в результате оперативной игры, близкие друзья Трифон и Овчина обвинили друг друга в сотрудничестве со следствием, что и стало поводом к знаменитой бандитской войне. В целом эта серьезная группировка середины 80-х прекратила существование до начала большого передела. Вернувшийся в Екатеринбург в конце 90-х Азарченко практически сразу снова оказался на зоне, а в 2000-х затерялся в массовке. Стас Питерский был убит.
Алексей Трифонов (Трифон) и Андрей Овчинников (Овчина или Банзай) были хорошими друзьями. В 1988 году они вместе проходили по делу банды Азарченкова. В результате оперативной игры, Трифон и Банзай решили, что каждый из них сдал другого. С этого момента между бывшими друзьями началась вражда. После выхода из СИЗО Овчина решил «заказать» Трифона, но тот об этом узнал и принял превентивные меры — машина Овчины была расстреляна из автоматов в январе 1990 года. Правда, Трифону удалось избежать смерти.
Это нападение стало началом кровопролитной войны между бандами. Подручные Овчины хватали и пытали подчиненных Трифона, тот отвечал взаимностью. Например, бандиты Овчины вычислили одного из «трифоновцев», избили прямо на глазах членов семьи, но оставили жить. После этого этот боец лично участвовал в погоне за Овчиной и стрелял, высунувшись из окна своего автомобиля ВАЗ.
«Трифоновцы» нашли подручного Овчины, долго его пытали, а потом убили. «Овчиновцы» ответили очередным похищением «трифоновца», которого сначала пытали, а потом сбросили с моста на лед реки Исеть, привязав к ногам рельсу. Правда, тело под воду не ушло — лед не сломался.
Кульминацией разборок стал расстрел 7 января 1991 года автомобиля ВАЗ-2109 Овчинникова членами банды Трифонова. «Трифоновцы» подкараулили Овчину у подъезда. Когда он сел в свою «девятку», начали за ним погоню, расстреливая целые рожки автомата Калашникова. В районе улицы Бардина и Ясной шальная пуля залетела на остановку, где ждала транспорт жительница Екатеринбурга. Пуля попала ей в голову, молодая женщина скончалась на месте. Этот эпизод стал последней каплей.
Под ружье были поставлены все правоохранительные органы. В феврале 1991 года Овчинников был задержан, в апреле — Трифонов. Изъяты арсеналы оружия, вплоть до пулеметов.
По делу Трифона и Овчины было осуждено 19 человек. Алексею Трифонову дали 10 лет лишения свободы, а Андрею Овчинникову — 14 лет.
Из воспоминаний Александра Матисона, работавшего над делом:
— По эпизоду со смертью женщины на остановке можно сказать, что это было роковое ранение. Стоило ей немного по-другому повернуть голову, она осталась бы жива. Я ездил на вскрытие, пуля попала точно в висок. Судмедэксперты говорили, что еще несколько сантиметров, и пуля бы попала в лобную кость, тогда женщина выжила бы.
Трифон и Овчина были крайне дерзкими, полностью отмороженными. В двенадцатой колонии сидел вор в законе Дед Хасан (в 2013 году в Москве убит). Трифонов приехал туда на встречу к Рыбаку. Они сели на свиданке разговаривать. Тут заходит Дед Хасан, который уже тогда был в большом авторитете. Ходил по зоне с тросточкой, у него была собака-бультерьер. Рыбак говорит: «Познакомься Леша, это Дедушка Хасан». Трифон повернулся к нему и говорит: «Да мне плевать, мы вас всех кончать будем».
Дед Хасан чуть палку свою не съел от удивления. Такое ему сказать далеко не каждый мент мог себе позволить. Дед Хасан сразу объявил Рыбака «гадом», то есть ему даже выйти из комнаты для свиданий нельзя было, его сразу любой зэк мог прикончить. В результате его в ШИЗО до конца срока держали.
В 1989 году неспокойно было в нижнетагильской ИК-12. На вышках пулеметы стояли, так была накалена ситуация. Туда привезли Хасана, поговорили с ним, чтобы порядок навел. И действительно навел. Он сотрудничал с государством, потому так спокойно и жил. Я не знаю, что будет сейчас, после его гибели. Могу лишь предположить, что государству будет выгодно, чтобы его место занял человек из ближайшего окружения Усояна».
Сегодня многие гадают, что будет дальше в криминальном мире и, в частности, в его свердловском ареале. Недавно было совершено покушение на екатеринбургского смотрящего Агаяра Седого, от чего тот отправился к про отцам, будет ли новый передел, наверное нет, деньги поднимаются на верх, был Хасан, теперь старший лейтенант ФСБ Хасанов, вот и все, а Овчина уже раритет которого не давно пытались закатать снова.
Продолжение следует..