Первые полгода моей армейской службы прошли в учебке. Были у нас занятия, на которых сержанты нам рассказывали о нашей будущей военной специальности. Давние читатели канала знают, что последующие полтора года служил я в противотанковой батарее оператором ПТУРС (противотанковый управляемый ракетный снаряд). Безусловно, были наряды – по казарме, в столовую, в чайную (редко-редко), на СКП (самый классный наряд из всех) и на свинарник. Был ещё патруль и мне один разочек довелось ходить с повязкой на руке.
Но помимо этого частенько были у нас и работы – самые-самые разные, порой вообще никак не относящиеся к армейской службе. А нам – новобранцам – лишь бы чем-нибудь заняться, лишь бы на плацу строевым не маршировать.
После завтрака погрузили нас однажды в открытый кузов ЗиЛ-131 и повезли на работы. В сопровождении два сержанта – один молодой и с нами в кузове сидит с краю и «дед» в кабине рядом с водителем.
Июль, жарища. Ехать в открытом кузове с ветерком – одно удовольствие! Выехав за ворота КПП, водитель вдавил педаль «газа» в пол и всю дорогу создавалось впечатление, что ногу он с неё не снимал. Лишь когда приехали на место, он топнул в тормоз и машина, по инерции проехав юзом, встала колом. Нам дали команду «Строиться».
Откинули задний борт, спрыгнули с кузова, построились. Стоим оглядываемся. Привезли нас в какое-то село, поодаль стоит экскаватор на базе колёсного трактора. Сержант-дед ставит нам задачу – необходимо посередине улицы выкопать траншею глубиной два метра для прокладки водопровода. Лопаты сейчас получим. Далее он передал командование молодому сержанту, сам куда-то свинтил и до конца работ мы его больше не видели.
Лопаты нам выдали и отмерили расстояние – копать от сель и до сель. Мы прикинули и про себя решили, что справимся быстро. Но молодой сержант почему-то ухмыляется.
Тут надо немного пояснить. Там, где я служил первые полгода, был сплошной песок. Не знаю, как на нём сосны росли, но я в жизни не видел столько песка. И если бы не сосны, можно было подумать, что это не средняя полоса СССР, а пустыня Кара-Кум (помнится, шоколадные конфеты с таким названием были; кстати, очень вкусные и совсем не дешёвые).
Молодой сержант нам говорит:
– Работаем быстро, мух ловить некогда. Сначала траншею копаем шириной два метра, углубляемся на метр, оставляем уступ по полметра с каждой стороны и ещё на метр вниз копаем. Если будет осыпаться, ещё на метр расширяем траншею. Всё понятно?
Мы тычем в сторону экскаватора:
– А почему техникой не выкопать? Быстрее же будет! Его же не зря сюда пригнали.
Сержант нашёлся что ответить:
– Экскаватор потом траншею засыпет, когда трубы проложат.
Да – впереди у трактора нож и, скорее всего, траншею будут засыпать им. А может нас завтра сюда опять привезут и мы будем закапывать. Мы согласны на такой вариант, лишь бы только по жаре на плацу строевым шагом не маршировать.
Начинаем копать. Сверху песок сухой и сыпучий, вертикальную стенку не держит. В итоге ширина траншеи у нас получилась метра три. Ниже пошёл влажный и он «держал» вертикальную стенку. Но солнце его сушило и стенка сыпалась, прибавляя нам работы. Какой-то «сизифов труд» получается.
Когда зарылись более метра вглубь, песок перестал осыпаться. Прямые солнечные лучи туда не попадали, песок сохранял свою влажность. Из-за приятной прохлады работать в узкой траншее на глубине под два метра было в кaйф. Вот только песок надо было кидать высоко и при этом умудриться откинуть его подальше от края траншеи.
В общем, намучились мы с ней вдоволь. Лучше бы на плацу строевым шагом маршировали.
Перед обедом приехала за нами машина, сержант-дед осенил нашу работу и говорит:
– Лопаты в траншее не оставляйте, поскидайте их на обочине. Сами быстро в машину и пока траншея не осыпалась, валим отсюда. Что будет дальше, нас уже не касается.
Немедля запрыгнули в кузов и, крепко вцепившись в скамейку, чтобы на поворотах и ухабах не вылететь через борт, с ураганным ветерком погнали обратно в воинскую часть. А что стало с траншеей, нам было неведомо. Мы свою работу сделали, а далее пусть успевают водопроводчики трубы кидать. Во всяком случае, нас больше не припахивали в песке рыть траншеи.