Утренняя Прохлада легкой волной накрыла плечи Ёжки, которая спала на раздвинутом диване в доме бабы Яги. Ёжка подтянула одеяло почти да самого уха и прошептала: "Уходи". Прохлада обиделась. Ну правда
же — сама вчера в самую жару стонала и называла свежуху спасительницей. А нынче, видишь ли, "уходи".
"Бессовестные всё же эти люди", — думала Прохлада. "Да и я хороша! Повелась на призыв, как дура. Знала же, что обманет. Не первый раз старая ведьма проделывала такие штучки". Прохлада нырнула в тень от избушки и затаилась. Она хоть и не относилась к лесной нечисти, но любопытством обладала.
Какое-то время на поляне было затишье. Потом коренастый Лопух, широко раскинув мощные лопушины, стал переругиваться с Ромашкой. Та никак не хотела мириться с правами этого задиры на лучшее место под солнцем и, зазывно покачивая головкой, всё время выныривала из-под его листьев.
— Каррр! — Донеслось с вершины Дуба великана.
— Эй там внизу! Прекратите базар! Не ровен час, сестёр
разбудите. — Спорщики мгн