Найти в Дзене

Далеко?

#Long На обрыве у берега стоит маяк, который давно заброшен. Он отделён от цивилизованного мира сосновым лесом, в холодной своей зелени прячущим жизнь. Люди встречали там оленей, медведей, рыскающих в поисках съестного. Доехать сюда можно через лес на велосипеде, если быть предельно осторожным. У маяка стоит разбитая лодка. Удивительно, как её ещё не унесли местные мальчишки, не разобрали на доски? Пол её, покрытый мхом, служит домом для рачков и мокриц. Стены маяка в обвалившейся побелке. Когда-то он давал свет, означал спасение, сказать вернее, был настоящим символом надежды. Сейчас от «надежды» мало что осталось. Полуразбитые окна, в которые деревенские пареньки зачем-то бросали камни. Кирпичи, на которых выступила соль. И постоянно захлопывающиеся от ветра ставни. Пройдя по дорожке, мощённой камнем, видим дверь, которая по чьей-то задумке должна быть заколоченной. Но те же хулиганы решили иначе: принесли гвоздодёр и, через несколько минут, и без того много видавшая, отсыревшая дос

#Long

На обрыве у берега стоит маяк, который давно заброшен. Он отделён от цивилизованного мира сосновым лесом, в холодной своей зелени прячущим жизнь. Люди встречали там оленей, медведей, рыскающих в поисках съестного. Доехать сюда можно через лес на велосипеде, если быть предельно осторожным. У маяка стоит разбитая лодка. Удивительно, как её ещё не унесли местные мальчишки, не разобрали на доски? Пол её, покрытый мхом, служит домом для рачков и мокриц. Стены маяка в обвалившейся побелке. Когда-то он давал свет, означал спасение, сказать вернее, был настоящим символом надежды.

Сейчас от «надежды» мало что осталось. Полуразбитые окна, в которые деревенские пареньки зачем-то бросали камни. Кирпичи, на которых выступила соль. И постоянно захлопывающиеся от ветра ставни. Пройдя по дорожке, мощённой камнем, видим дверь, которая по чьей-то задумке должна быть заколоченной. Но те же хулиганы решили иначе: принесли гвоздодёр и, через несколько минут, и без того много видавшая, отсыревшая доска лежала на земле. Теперь маяк постоянно встречает гостей – ходят туда парочки встречать закат, деревенские мальчишки ходят туда с более взрослыми ребятами, знающими толк в жизни, как им кажется. Они там курят, плавают, а потом загорают на камнях, болтая о разной ерунде.

Каждый день гуляет там седобородый и седовласый старик со своей собакой. Он давно носит блекло-зелёный плащ, будто и не тронутый годами, резиновые сапоги с каучуковой подошвой и, непременно, трубку, которую курит, пока собака резвится, нарезая круги по пляжу. Он тихий, никогда не торопится и редко говорит о себе. Поговаривают, что он был смотрителем этого маяка, а когда сочли, что маяк бесполезен здесь, старика лишили работы. Он не стал уезжать туда, откуда приехал когда-то. Эти места ему полюбились, и он решил остаться здесь, взяв в жёны девушку из деревни. Впрочем, это лишь местные байки, которые, быть может, и не имеют ничего общего с правдой.

Однако, если это правда, его решение остаться вполне объяснимо. Эти места – особенные. И воздух здесь целебный: природа здешних мест смешала запах моря и можжевельника, создав волшебный аромат, с которым и рядом не стояла лучшая парфюмерия Франции. Люди здесь добрые, так как очень счастливые. Трудно стать плохим человеком, если живёшь спокойной жизнью, принося пользу миру честным трудом. Дышишь целебным воздухом и отдыхаешь на нагретых солнцем камнях у моря. Всё здесь идёт как нужно, своим чередом. Здесь нет зла – не на кого злиться и не от кого защищаться, нет конкуренции. Ну, быть может, есть немного: у кого тыква больше вырастет. Потом, правда, из самой большой тыквы варят кашу и раздают всем – традиция такая.

Здесь течёт настоящая жизнь.