Госдума в третьем чтении приняла законопроект о запрете трансгендерного перехода. Как транс-персоны переживают это событие — в нашем материале.
Задержание протестующего силовиками
Фото: Ермохин Сергей
5 декабря 2022 года принят закон о полном запрете пропаганды ЛГБТ в России. Дальнейшие действия Госдумы по этому вопросу стали радикальнее, и уже 30 мая 2023 года появился законопроект, запрещающий медицинским работникам проводить операции по смене пола. Цель — укрепление традиционных ценностей в стране.
«Самое ужасное — это растление детей, — комментирует положение Вячеслав Володин, один из авторов законопроекта. — В США, где пропагандируются эти новые псевдоценности, доля трансгендеров среди подростков уже в три раза больше, чем среди взрослого населения. Это результат пропаганды».
Кто же такие трансгендеры?
Трансгендеры — это люди, чье самоощущение не соотносится с полом, который указан в паспорте. Это может быть мужчина, который на самом деле чувствует себя женщиной, или женщина, ощущающая себя мужчиной. У них развивается дисфория — сильнейшие приступы недовольства собой — что вводит человека в апатию и депрессию, а также доводит до самоубийства.
По какой причине развивается трансгендерность?
Это происходит как в детстве, так и в юношестве или даже во взрослом возрасте. Некоторые начинают чувствовать сильный дискомфорт от общественных рамок, в которые их пытаются загнать гендерной политикой.
Даже до законопроекта в России холодно относились к трансгендерным персонам. Их редко поддерживает семья и друзья, что в конечном счете приводит к крайне низкой самооценке и суицидальным мыслям. Им непросто найти единомышлеников, вторую половинку и полового партнера, так как далеко не каждый готов связывать жизнь с «ненастоящим человеком».
«Мне было 14 лет, когда я осознал себя, — вспоминает Марк, трансгендерный парень. — Я познакомился с транс-персоной и тогда понял, что со мной происходит то же самое. Мать сказала, что я испорчу свою жизнь, — комментирует Марк. — Но для меня испорченная жизнь — это жизнь без перехода».
Как проходит процедура гендерного перехода в России?
По информации из телеграм-канала Марка, для начала человек проходит консультацию у врача психиатра и сексолога, чтобы разобраться в формировании идентичности пациента. Далее он получает справку формы 087/у, которая подтверждает трансгендерность на основании врачебной комиссии. Эта справка дает возможность начать гормонотерапию, провести операцию и сменить документы.
Часто встречаются и те, кто пожалел о переходе. Спустя время некоторые трансгендеры понимают, что смена пола не решила ни одну из проблем, так как корень зла скрывался не в половой принадлежности, а в отношении социума, невозможности принять себя.
Психиатры отмечают, что возраст полной зрелости психики — 25 лет, поэтому следует дождаться его достижения, прежде чем совершать кардинальные изменения в своем теле. Законопроект, запрещающий смену пола в России, как ни парадоксально, подтолкнул многих сделать операцию здесь и сейчас, чтобы успеть до тотального запрета. После обнародования обсуждений в Госдуме Марк, транс-персона и герой статьи, не достигнув возраста психической зрелости, начал переход в 22 года.
Запреты на государственном уровне в России не всегда приводили к желаемым результатам из-за своего радикального характера. После выхода сухого закона люди начали изготавливать алкоголь сами, что привело к многочисленным отравлениям: «Самогоноварение достигло небывалых размахов: продажа сахара выросла с 7850 тысяч тонн в 1985 году до 9280 тысяч тонн в 1987 году. По оценкам, на производство самогона в те годы ушло 1,4 миллиона тонн сахара, в результате было произведено 140-150 миллионов декалитров самогона», — передает «МИР24». Запрет на аборты в 1936 году увеличил риск бесплодия и летальных исходов среди женщин, решивших прервать беременность в домашних условиях: «На 1000 женщин репродуктивного возраста приходилось 35 абортов, и примерно 3 из них были сделаны по медицинским показаниям. Остальные начинали делать где-то „на дому“, в больницы привозили женщин, жизнь которых была под угрозой», — пишет «Новый очаг». Та же участь подстерегает и трансгендеров, которые в приступе дисфорической безысходности начнут самостоятельно делать операции и принимать несертифицированные препараты.
«Законопроект изменил мою жизнь не в лучшую сторону. Пришлось торопиться с проведением комиссии, хотя адекватной возможности для этого нет, — рассказывает Марк. — Я не могу переехать, приходится скрывать от родственников этапы гендерного перехода. Для общения с врачом я вынужден скрываться в парках, чтобы поговорить онлайн; брать деньги с кредитной карты. В голове куча мыслей и переживаний по поводу того, как жить дальше, потому что я не думал, что все будет проходить так. Это подкосило мое ментальное состояние, я испытываю сильный стресс вместо облегчения, что наконец-то начал переход».