Под завершение Второй Мировой Войны одному из лучших пилотов СССР пришлось встретиться в воздушном бою с лётчиками союзников. И, не оставив шанса, сбить два американских самолёта.
Воздушная война требует от лётчика максимальной собранности и концентрации на всём протяжении выполнения боевых заданий. В противном же случае, произойдёт то, что произошло в этой истории: два американских P-51 Mustang, спутав самолёт Ивана Кожедуба с немецким FW-190, его ошибочно атаковали. И были сбиты над берлинским небом.
Как рассказывал сам Иван Никитович, 17 апреля 1945 года, встретив в небе бомбардировщики союзников и немецкие истребители, он заградительной очередью отогнал два «мессершмита» от строя «летающих крепостей», и тут же сам был атакован звеном американских истребителей из состава прикрытия.
"Кому огня? Мне?! - писал возмущённо Кожедуб в своих мемуарах позже. - Очередь была длинной, с большой, в километр, дистанции, с яркими, в отличие от наших и немецких трассирующими снарядами. Из-за большого расстояния было видно, как конец очереди загибается вниз. Я перевернулся и быстро сблизившись, атаковал крайнего американца (по количеству истребителей в эскорте я уже понял кто это) - в фюзеляже у него что-то взорвалось, он сильно запарил и пошёл со снижением в сторону наших войск. Полупетлёй выполнив боевой разворот, с перевёрнутого положения, я атаковал следующего. Мои снаряды легли очень удачно - самолёт взорвался в воздухе...
Когда напряжение боя спало, настроение у меня было совсем не победным - я ведь уже успел разглядеть белые звёзды на крыльях и фюзеляжах. "Устроят мне... по первое число" - думал я, сажая машину. Но всё обошлось. В кабине "Мустанга", приземлившегося на нашей территории, сидел здоровенный негр. На вопрос подоспевших к нему ребят, кто его сбил (вернее, когда этот вопрос смогли перевести) он отвечал: "Фокке-Вульф" с красным носом... Не думаю, что он подыгрывал; не научились ещё тогда союзники смотреть в оба...
Когда проявили плёнки ФКП, главные моменты боя оказались зафиксированы на них очень чётко. Плёнки смотрело и командование полка, и дивизии, и корпуса. Командир дивизии Савицкий, в оперативное подчинение которому мы тогда входили, после просмотра сказал: "Эти победы - в счёт будущей войны". А Павел Фёдорович Чупиков, наш комполка, вскоре отдал мне эти плёнки со словами: "Забери их себе, Иван, и никому не показывай".
Кожедуб попал на войну лишь в 1943 году, не попав в убийственные воздушные бои 1941-42 годов. По официальным данным, за годы Войны он одержал 62 личные воздушные победы, однако счёт побед может доходить до 107 самолётов противника, из которых 5 - предположительно принадлежат военно-воздушным силам США. Ещё три самолёта майор Кожедуб мог сбить в результате попытки штурмовки советского аэродрома «летающими крепостями», когда, сбившись с курса, В-17 атаковали советскую территорию. В тот день на базу не вернулось 3 бомбардировщика, однако официальных воздушных побед, конечно, заявлено не было.