Ситуация в очередной раз показала, что застарелые проблемы не решаются до тех пор, пока не произойдет очередное ЧП. Вместе с тем даже в состоянии ЧП решаются эти проблемы весьма специфическим способом. Смотрите, что получилось.
Вернёмся к событиям 17 июля, понедельника. В три часа ночи был нанесен удар по мосту. Все непонятно. Темно, видно плохо. Доложили в Москву. Из Москвы на место вылетает вице-премьер Хуснуллин. Рассвело. Посмотрели ж/д пути, пустили поезда. Тут же из окна вагона кто-то снял видео моста, где видны повреждения. В СМИ появляется информация, что из строя вышел только один пролет. Посмотрев видео, я пишу пост о том, что если все так и поврежден только один пролет, то нужно быстрее принять решение и открыть одну полосу для реверсивного движения по мосту. К этому времени Хуснуллин добирается до моста. Середина дня. Вице-премьер проходит по мосту пешком. Спускается по лестнице под мост. Внимательно осматривает повреждения. Убеждается, что одна полоса движения не пострадала. Вылетает в Москву. В Москве вечером совещание у Президента. Информация о состоянии моста передана Президенту. Можно предположить, что раз Хуснуллин, убедившись лично, что одна полоса моста целая, находясь на месте, не распорядился открыть движение, значит, он не рискнул принять такое решение самостоятельно и ждал встречи с Президентом. Вечером Президент согласовал открытие моста, и это решение было спущено вниз по всем задействованным ведомствам. К моменту, когда охранник махнул палкой и открыл движение по мосту, прошло уже полночи.
С момента открытия движения многие знакомые проезжали по Крымскому мосту. Никто из них даже не смог определить место, рядом с которым был взрыв. Не видно. На пролете, который сейчас открыт, асфальт целый. И ограждения целые. Либо этот пролет был целым, начиная с трех часов ночи, либо его отремонтировали. Очевидно, что если бы пролет пострадал, никакой ремонт за такое короткое время не мог бы быть проведен. Значит, пролет и был целым.
Но раз так, то возникает вопрос: почему все решения принимаются так медленно? Ведь вопрос движения по Крымскому мосту был очень резонансным. Если бы к этому конкретному особенному мосту не было приковано столько внимания, можно было бы предположить, что его запуск был бы отложен в долгий ящик, в тот самый, где лежали, например, вопросы по сухопутному коридору.
В итоге вопрос был решен, но его решал лично Президент. Ответственный за мост не мог принять решение, ждал вице-премьера. Вице-премьер не мог принять решение без Президента. И даже после разрешения Президента прошло немало времени, пока решение прошло обратный путь к исполнителям.
Страна, в которой вертикаль власти доведена до абсолюта, где только Президент берется принимать решения, а все остальные не хотят нести ответственность, крайне уязвима. Мы сейчас близки к ситуации (по сути уже в ней), когда нужно быстро принимать много решений подобного уровня, и эта ситуация может загнать систему управления в коллапс.
Необходимо дать возможность руководителям на местах принимать решения. Возможно, кого-то придется заставить. Но система, в которой один человек принимает решения за всю армию чиновников, нежизнеспособна и неэффективна.
Что касается усилий отдельных руководителей — губернатора Крыма Сергея Аксенова, Марата Хуснуллина — хозяйственника, отвечающего за ремонт мостов, дорог и городов, а также наших политических руководителей Сергея Кириенко и Андрея Турчака, то всем им большое спасибо. Они находятся на передовой всех фронтов сразу, в самых сложных условиях. И благодаря их решимости вся наша неповоротливая система скрипит, но продолжает работать. Если бы не они, страшно представить, что случилось бы. Но, согласитесь, страна не может зависеть от усилий нескольких человек. Должна функционировать система.
