«Отступать нам некуда -- позади Чернобыль»
Савва Гаврилович и Елена Дорофеевна Ображеи -- бывшие колхозники, живут в своих Новошепеличах, в восьми километрах от реактора, одни на все село. Их выселили, но супруги уже через год по лесам-болотам, прячась от охранников, минуя колючую проволоку, пробрались домой. Тут у них хозяйство -- корова, гуси, конь Кирилка, курица с петушком, собаки. И земли немеряно.
Дед Савва -- маленький, щуплый (в чем только душа держится!) хозяйничает на огороде. Подзывает жену и, увидев слезы на ее глазах, ворчит: «Ну, что ты нюни распускаешь!» Но потом и сам беззвучно плачет. У стариков горе: сына потеряли. Гостил у них, пошел рыбачить на старицу Припяти -- и пропал. 28 дней искали!
-- Слышу, собака лает на воду. А там сынок. Я на лодке подплыл и забрал его. К руке железяка была привязана. Убили! -- рассказывает Савва Гаврилович уже на берегу, где стоит крест с рушником.
-- Меня дед к речке не отпускает, боится, чтобы с горя не утопилась, -- чуть успокоившись, говорит Елена Дорофеевна. -- Да на кого же его оставишь?..
Парни из экспедиции переворачивают на берегу большую рыбацкую лодку (деду Савве это уже не под силу), вычерпывают воду…
-- А я как знал, что приедете! Сегодня щуку привязал, -- сообщает Ображей.
Когда в сетку попадается сом или щука, Савва Гаврилович держит их в холодной воде на привязи -- «чтоб жир сгоняли». А чуть вода потеплеет -- отпускает на волю.
От платы за великолепный подарок категорически отказывается:
-- Нет, не такой я товарищ, чтобы деньги брать! А вот что хлебушка привезли, спасибо…
-- Мне начальник один из милиции говорил: «Это хорошо, что вы отсюда не уезжаете, -- говорит на прощание Савва Гаврилович. -- Организм привык. В другом месте вы бы уже умерли».
А «отступать» Ображею все равно некуда. Село Семиходы, где он родился, уже давно сравняли с землей, построив на этом месте город Припять…
-- Иногда я задаюсь вопросом: что останется в результате ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы? -- говорит Ростислав Омеляшко. -- Пройдет 100, 150 лет. Уйдут в прошлое проблемы с переселением, думаю, и медицинские проблемы будут решены, оздоровится земля, останутся разве что саркофаг и плутониевое «пятно» (радиоактивный плутоний «живет» десятки тысяч лет). Да наш, еще пока не существующий, музей истории и культуры Чернобыльского Полесья. Это -- вечное…