"Освободись от своих желаний и ты будешь счастлив"--говорили ему. "Желания--причина страданий".
Он сидел в подогнув под себя ноги на старой циновке, брошенной на испещрённые трещинами и потёртостями серые плиты монастырского пола. Кожей ощущал тепло огней от масляных светильников, которые в изобилии были расставлены в нишах стен.
Он сбежал сюда от мира, в котором был полон желаний. Полон жажды сорвать заветный куш победы и взбежать по социальной лестнице. Всем показать чего он стоит.
Офисный клерк полный амбициозных планов, которые постепенно подтачивала суровая реальность, пока они не истончились до тоненькой нити, на которой остались печально висеть его самооценка, стремления и мечты.
"Освободись от своих желаний"--думал он, глядя, как по трещинкам в полу ползет маленький рыжий муравей. Очень светлого цвета. Таких не водилось у него на родине.
Смотрел и не чувствовал ничего. Главное ведь--не желать. Ничего не хотеть. Не создавать себе причины для страданий.
Он и не хотел уже ничего, еще тогда, когда пришел в этот храм и сидел три дня перед воротами, ожидая пока его впустят и он сможет исцелить ожог своей души. А теперь сидел тут. Уже и сам не помнил сколько он так сидел. Дни проходили незаметно. Он что-то ел и что-то пил, не обращая особого внимания на вкус. И в голове действительно появилось странное спокойствие, больше похожее на отрешенность, которая не утомляла, а спокойно текла, как река, пронося мимо его сознания обрывки мыслей и чувств, приглушённых и отдаленных, как будто все это происходило не с ним, а сам он пребывал в вакууме. Временами его природное остроумие подкидывало мысль о том, что он уехал во внутреннюю эмиграцию. И он усмехался уголками губ, продолжая следить за дыханием. Если медленно вдыхать и так же медленно выдыхать, сосредоточившись на том, как воздух слегка холодит кончик носа, можно очистить свой разум и пребывать в блаженном безмолвии.
Только вот сердце подводило. Оно, в отличие от ума, пребывать в тишине никак не хотело. Оно щемило, томилось и куда-то звало. Оно то замедляло свой ход, то пускалось вскачь и отвлекало от погружения в такое уютное ничто. Конечно он пытался игнорировать глупое сердце, которому вечно нет покоя. Да только не очень-то получалось. Много дней он огораживал ледяными стенами свое сердце, выкладывая кирпичик за кирпичиком хрустального холода вокруг него. Но где там. Жужжание неутомимого моторчика в груди все чаще превращалось то в оглушительный колокольный звон, то в знакомый с детства бой часов на одной из башен красного кирпича, то в перестук колес поезда дальнего следования.
Оно рвалось, оно колотило в двери его сознания, оно хотело что-то сказать и наконец-таки заставило его прислушаться.
"Желание--жизнь"--кричало оно--"А не желание--смерть!".
Он пошевелился, разминая затёкшее от долгого сидения тело. И, вдруг, ощутил ток крови по венам, как она наполняет теплом и силой его руки и ноги, как яркой волной смывает оцепенение, рождая движение. Сознание не успело еще ничего проконтролировать и даже понять, как он уже бежал к тяжелым высоким резным дверям из-под которых пробивалась тонкая полоска солнечного света. Он еще успел мельком увидеть затейливые изгибы орнамента на старинном дереве, но уже толкнул двери и всё его существо тут же было залито ослепительным солнечным светом. Он вдыхал его вместе с теплым весенним воздухом и сердце наполнялось искрящимися золотыми лучами. В какой-то момент оно переполнилось и само стало Солнцем. Он выбежал во двор монастыря, потом за ворота и упал на землю. Солнце снаружи и Солнце внутри. Он чувствовал как вместе с зелёными ростками, пробивающими влажную почву он сам растет навстречу этому живительному свету. Мокрые струйки прочертили дорожки от его глаз,
соскользнули на землю прозрачными каплями. И он ощутил единственное, но всепоглощающее ЖЕЛАНИЕ. Желание дышать, чувствовать как ветер скользит по коже и ерошит волосы, как соленая морская вода принимает тело в свои объятия, как зеленые кроны колышутся над головой, как ток жизни проходит сквозь него и все существо наполняется невыразимой словами и не передаваемой радостью.
На краю сознания мелькнула мысль, что он опять сбежал. Но на этот раз сбежал от ума к сердцу. Самое верное решение, ведь, только в сердце человека таятся истинные желания. Потому что ум может заблуждаться, а сердце не обманет никогда.