Наступала годовщина Октябрьской революции. Ожидался военный парад, на котором вместе с другими родами войск принимала участие и кавалерия.
Кавалерию представлял лучший кавалерийский полк гвардейской кавалерийской дивизии под командованием полковника Макарыча. Вместе с этим полком Макарыч прошёл всю войну и, как и обещал однополчанам, коня своего в Шпрее напоил.
Но, несмотря на свои погоны, он любил встречаться с боевыми товарищами по гражданской войне. Первоконники собирались со всей области каждый со своими продуктами и жёнами. Каждый привозил, что мог.
Один сало, другой гуся, третий мешок картошки, кто-то четверть самогона. Встречи проходили во дворе, мужчины ставили столы, женщины накрывали их, и к окончанию парада всё было готово.
По меркам послевоенного времени стол получался шикарным. Потом появлялся Макарыч и занимал своё место во главе стола. Первый тост, как правило поднимали за Первую Конную Армию, потом за Будённого и товарища Сталина.
Комдив был в курсе всех событий в жизни однополчан, и обычно общение от воспоминаний о прошлых боях и победах переходило к делам нынешним.
- Наслышан я о работе милиции. У нас в штабе много говорили о том, как вы взяли банду «железнодорожников», - обратился Макарыч к Михаилу Кирилловичу.
- Я лично в операции не участвовал, а от нашего отдела было пять человек, в том числе, мой сын, - ответил Кириллович.
- Молодец, парень, весь в отца, - заметил комдив, когда услышал об участии Виктора в операции.
- Да, банда была непростая, но до банды Варшавских воров ей далеко, - ответил Михаил.
- Помню, когда мы в 19-м Ростов брали, они незадолго до нас Коммерческий банк взяли в городе, - вспомнил комдив.
Подвыпившие гости стали обсуждать это событие, произошедшее перед поражением Добровольческой армии Деникина. В конце вечера все пришли к выводу, что банда Варшавских воров была самой элитной бандой Российской империи.
Все члены банды отличались от коллег по цеху интеллигентностью, хорошими манерами и отменным вкусом в одежде. Члены банды брали на месте преступления только бриллианты, а недалеко от места преступления находили мешочки с оправой из золота и платины.
Сыскным отделом полиции города было установлено, что группа безукоризненно одетых молодых парней сняла дом с подвалом в Николаевском переулке, напротив Коммерческого банка, для открытия пекарни.
Надо сказать, что город был наводнён богатыми людьми, которые держали свои деньги и драгоценности в одном из самых престижных банков города – Коммерческом. Для этих целей банк был оборудован по последнему слову техники.
Хранилище представляло собой две комнаты. В одной хранились денежные средства в рублях и валюте, в другой находились банковские ячейки для драгоценностей.
Комнаты были изолированы друг от друга, сделаны из бетона, и попасть в них можно было через массивные железные двери. Молодые люди что-то перестраивали в доме и время от времени вывозили телегу с мусором за город.
Они себя хорошо зарекомендовали среди соседей, ни с кем не конфликтовали, а перед пасхой объявили, что после праздника будет открытие пекарни.
Три дня православные праздновали, а когда на четвёртый день сотрудники банка вышли на работу, то к своему удивлению заметили, что в центре комнаты, где хранились драгоценности, зияла квадратная дыра в бетонном полу, уходящая в глубь земли.
Почти все ячейки были взломаны и драгоценности из них были похищены. Подъехавшие сыщики спустились в квадратную дыру в центре комнаты и выяснили, что подземный ход ведёт в пекарню. Он был довольно просторный и оборудован электрическим освещением.
В пекарне сыщики нашли два мешочка с обломками оправы золота и платины, что являлось визитной карточкой банды Варшавских воров.
Сыщики бросились на поиски, но банда исчезла бесследно. После двух недель поисков, в Таганроге, у одной из девиц в доме терпимости, был изъят бриллиант, один из похищенных в Коммерческом банке.
При допросе девица показала, что бриллиант был ей подарен красивым, хорошо одетым молодым человеком, за оказанные ему определённые услуги.
Также сыщиками было установлено, что группа молодых людей европейской наружности, очень похожих на хозяев ростовской пекарни, выехала из Таганрога в сторону Гуляй Поля, вотчину крестьянской армии батьки Махно.
Больше об этой банде никто ничего не слышал.