Терпение и труд

Политолог Дмитрий Михайличенко пишет о ценностях российского общества:

«СВО возвела в положение сверхценности российского социума статус патриотизма, под которым официальным дискурсом понимается прежде всего поддержка военных действий и вера в окончательную и непоколебимую Победу.

Однако по мере затягивания ситуации понадобится и другая общественная ценность, которую можно обозначить как терпение. <…>

Для западного общественного сознания характерна позиция: либо жить, либо терпеть, но для России иное. Общим местом в истории страны стало положение о том, что жить – это и значит терпеть. Лишения, ограничения, санкции, инфляция и далее по списку, все это уживается в общую линейку экзистенциального бытия десятков миллионов россиян.

В этом плане у российского социума выработаны вековые алгоритмы терпения и адаптации к неблагоприятной среде <…>. Однако сам стоический концепт терпения имеет ограниченный эффект с точки зрения апелляции к обществу, так как он очень четко отсылает к пацанскому «терпила», а тут негативные основания отчетливо проявляются. При этом значимость насилия в социуме возрастает <…>.

Власти не часто сейчас апеллируют к терпению русского народа, а предпочитают делать вид будто все происходящее нормально <…>. Неудивительно, что и утомленное общество вторит и откликается на эти симулякры стабильности и делает вид, что все, действительно, спокойно. Между тем очень высокий уровень бытовой агрессии порождает отчетливое либертарианство атомизированного социума в рамках которого наблюдается возрастающая готовность защищать себя и свою семью.

<…> Общество продолжает быть объектом планомерной и мягко-обвалакивающей обработки: от репертуара постановки театров и содержания телесериалов и вплоть до модерации музыкальных стриминговых сервисов из которых неполиткорректное удаляется. Такая модель <…> оказывается абсолютно работающей с точки зрения подконтрольности социума на долгосрочную перспективу».