В рыбном отделе красиво выложена красная семга, алая форель, белая с перламутром треска - чистые филе и стейки. И минога, и корюшка, и терпуг, и палтус; копченые и пряного посола. И еще много вкусной свежайшей рыбы. Очень дорогой, если честно. А сбоку - килька, селедка, - попроще и дешевле. Люди смотрят с аппетитом. Прицениваются. Даже небольшая очередь есть. И хорошо одетая высокая крупная старая женщина, лет восьмидесяти, делает подзывающий жест рукой в кольцах. И говорит громко и вальяжно девушке-продавцу: - Зая, будь добра, взвесь-ка мне полкило малосольной семги. Вот этот кусочек. Нет, не этот, а тот, что слева лежит. Да, теперь правильно. И еще, милая, баночку икры дай. Позавчера брала, недурная икра! Палтус завтра возьму, сегодня только семгу. Спасибо, зая. И так она говорила повелевающим и снисходительным тоном - как барыня. И выглядела как барыня. Вальяжная, уверенная в себе пожилая женщина. Хорошо одетая, полная, с резким камейным профилем.
Продавец очень любезно обслуживала