«И никакой «звездной болезни», а ведь мировой чемпион!»
Павел Жибуртович родился в Куйбышеве (ныне — Самара), в семье бухгалтера. Но его отец, Николай Арсентьевич, был далеко не самым обычным офисным работником. Он принимал активное участие в Первой мировой войне и даже получил серьезное ранение. Вернувшись с фронта трижды кавалером Георгиевского креста, Жибуртович-старший обосновался в Куйбышеве. Причем изначально он носил фамилию Жибурт-Жибуртович, но из-за ошибки полкового писаря, сократившего его имя, Николай Арсентьевич стал Жибуртовичем.
Семья у Жибуртовичей была большая — помимо Павла в семье было еще 3 мальчика. Все они были приобщены к спорту. Им очень нравилось проводить все свободное время на куйбышевском стадионе «Спартак», который находился недалеко от их дома. Итогом бесконечных занятий на хоккейной и футбольной площадках стало то, что двое из четырех братьев выросли в профессиональных хоккеистов. Помимо Павла до вершины советского хоккея добрался его брат Юрий, который в начале января 1950 года разбился в авиакатастрофе вместе с командой ВВС. По странному стечению обстоятельств, Павел начал профессиональную карьеру именно в этом клубе.
В ВВС перспективный защитник провел три сезона, вплоть до расформирования команды. После того как находившийся под кураторством сына Иосифа Сталина клуб развалился, Жибуртович перешел в ЦДСА, который всем нам знаком под аббревиатурой ЦСКА. Этот трансфер открыл Павлу дорогу в национальную команду, в составе которой он стал чемпионом мира в 1954 году. Первая победа сборной СССР на турнире такого уровня прославила советский хоккей на всю планету!
При этом защитника поджидал успех еще и во внутреннем первенстве. Вместе с московскими армейцами он становился чемпионом СССР и побеждал в Кубке СССР. Чаще всего жесткий оборонец выходил на лед в паре с Александром Виноградовым или Генрихом Сидоренковым. Однако продержаться в сильнейшей команде страны дольше двух сезонов у Жибуртовича не получилось.
В защитнике, который одним из первых в Советском Союзе начал умышленно ловить на себя шайбу и тем самым помогать голкиперу, разочаровался главный тренер Анатолий Тарасов. Во время сборов в ГДР Анатолий Владимирович подозвал Павла к себе и спросил: «Вот мы сейчас тренируемся по-новому. Как ты считаешь, ты стал лучше играть, чем раньше?». На что защитник ответил: «Как играл, так и играю». Тарасов прочитал на лице собеседника безразличие, и потерял к нему всякий интерес. Поэтому по окончании сезона-1954/55 он покинул ЦСКА и перешел в московское «Динамо», где провел следующие 7 лет.
В 1962 году чемпион мира принял решение повесить коньки на гвоздь. После этого его жизнь пошла не по традиционному для бывших профессиональных хоккеистов сценарию. Жибуртович устроился заместителем начальника одного из отделов в КГБ. Он отвечал за организацию и специальную подготовку сотрудников КГБ в управлении кадров.
«Мне посчастливилось много лет прослужить под началом Павла Жибуртовича — не как спортсмену, а как сотруднику силовых органов. Вы ведь знаете, что у нас хоккей считался любительским, все армейцы носили погоны, все динамовцы служили в КГБ. Это был офицер с большой буквы, добродушный, всегда радеющий о нуждах подчиненных. И никакой «звездной болезни», а ведь мировой чемпион!», — говорил полковник запаса внешней разведки Николай Еремин.