Константин в этом году в сентябре пойдёт в школу в первый класс. Это через полтора месяца получается. А пока приходится ходить в детский сад на Республиканской улице.
У Константина была ненадёжная репутация в семье как человека, способного самостоятельно дойти утром до детского сада, хотя тут и ходьбы то всего на десять минут. У него была мания отклонения от этого маршрута. Его тянуло свернуть на улицу Карла Маркса налево и шагать к Волге на пляж. Поэтому мама поручала дочерям Лиде и Наде по очереди сопровождать этого перца до садика. Иногда это делала соседка Люда Молотова.
Вот и сегодня Люда повела Константина и соседского мальчугана Сашу Болотова к садику. Людмила, конечно, очень красива. Ей недавно пятнадцать лет исполнилось. Похожа на «Неизвестную» с картины Ивана Крамского. Эта картина висела на стене в квартире, поэтому Константин знал, о чём толковал.
Жаль, что она на восемь лет старше. Очень жаль.
Ну что делать, приходится довольствоваться тем, что красавица сопровождает его и Санька Болотова в садик. В этом тоже есть своё удовольствие.
«Людк, а Людк, хочешь конфетку?» «Ну хочу». «Сейчас у меня нет, но скоро будет. Угощу». «Замётано». «А куда пойдёшь сейчас после сдачи нас в садик?» «На Волгу». «На пляж? А в какое место?» «Напротив баклужки. Там наше любимое место. Можно и в баклужку понырять и в Волге покупаться». «Ясненько».
Ну сдала Людмила Константина и Александра воспитательнице Александре Алексеевне. Константин отвёл своего загадычного соседа и дружка Саню Болотова, пятилетнего малыша, в песок под грибком, а сам махнул через забор в переулок. Самоволка часа на два как бы. По такой погоде торчать в этом садике просто неприлично.
Маршрут понятный – по улице Карла Маркса до мостика через овраг, а там и пляж. Людмилка бултыхается в баклужке, а это место в двухстах метрах от опасности встречи с соседкой.
Вот это да! Пока Константин определялся с местом высадки на верхней площадке пляжа, его заметили Валера Молотов и Саша Дубянский, его старшие друзья и соседи. Им по одиннадцать лет уже. Они подкрались к нему и с криком схватили за ноги. Ух! Что и говорить, умеют напугать.
«Опять сбежал с садика? Тебя же в угол поставят». «А, ну и пусть. Зато накупаюсь сейчас».
Валера с Сашей переглянулись: «Давай научим его плавать что ли». Константин: «Тоже мне учители. Умею я плавать. Пока правда по собачьи. Зато могу заплывать метров на триста и обратно». «Чево?» «Тово!»
Они думали, что он просто так сбегает на Волгу. А нет.
«Ну поплыли». Валера и Саша, конечно, плавают хорошо кролем и брассом. Но Константин решительно плыл за ними по собачьи, перебирая руками и бултыхая ногами. Он мог плыть так сколько угодно, поскольку успел натренировать за эти поллета спецвыносливость. Но дальше, чем на триста метров не уплывал. Там уже был какая-то зона отчуждения. Одиночество. Одна сплошная вода. Жутковато. Быстрей назад к людям.
А когда приплывал к берегу, то есть к людям, тянуло опять в ту зону отчуждения, где одиноко и страшновато. Вот и плавал туда каждый день.
Пора бы, конечно, освоить нормальные стили плавания кроль и брасс. И попросил своих старших друзей дать ему урок брасса.
Валера держал Константина за живот в горизонтальном положении, а Саша показывал ему как надо двигать руками и ногами. И дышать, конечно. Быстрый вдох через рот и нос над поверхностью воды, протяжённый выдох опять же через рот и нос под водой, опустив туда лицо.
Короче освоился он сегодня с брассом. Пора теперь в садик. Надо успеть на музыкальные занятия, на которых особенно заметно присутствие или отсутствие личного состава.
Константин вернулся в садик к одиннадцати часам, то есть как раз к началу музыкальных занятий.
Занятия проводил баянист Иван Павлович, высокий статный мужик с лысиной на голове, муж заведующей садиком Зинаиды Ильиничны. Сегодня разучивали песню «Зайчик». Но без Константина. Потому что он стоял в углу в спальном помещении. Александра Алексеевна всё-таки усекла его самоволку.
Саша Болотов через пятнадцать минут после начала музыкальных занятий попросился у Ивана Павловича якобы в туалет. А сам пошёл в спальню навестить друга Константина. Он посидел около него пять минут и вернулся на занятия. Всё-таки есть на свете хорошие мальчики, настоящие друзья.
После музыкальных занятий, которые проходили ровно час, Константина выпустили на свободу, то есть на обед.
Обед был, как всегда, вкусен: борщ на первое, картошка с котлеткой на второе и компот. Здорово!
Владимир Черевичко