Свт. Андрея, архиеп. Критского (712–726). Прп. Марфы, матери Симеона Дивногорца (551). Прп. Андрея Рублева, иконописца (XV). Страстотерпцев царя Николая, царицы Александры, царевича Алексия, великих княжон Ольги, Татианы, Марии, Анастасии (1918). Свщмч. Димитрия пресвитера (после 1937). Блгв. вел. кн. Андрея Боголюбского (1174). Обретение мощей прп. Евфимия, Суздальского чудотворца (1507). Мчч Феодота и Феодотии (108). Свщмч. Феодора, еп. Киринейского (310). Галатской иконы Божией Матери.
Святая семья
В начале ХХ века, в преддверии крушения российского государства, моральных и семейных ценностей, Господь явил святую семью императора Николая II, образец «малой церкви», основой которой были вера в Бога и любовь. Будучи нерусской и неправославной по своему рождению, императрица Александра Федоровна смогла подняться до самых высот русского духа, дойти до самой сути православной веры, воспитать в том же духе детей. Русский поэт Георгий Иванов, уехавший после революции за границу, как-то, разглядывая фотографию семьи последнего русского царя, сложил такие строки:
Эмалевый крестик в петлице
И серой тужурки сукно…
Какие прекрасные лица,
И как это было давно.
В середине 20-х годов, когда в России было опубликовано три объемистых тома переписки царя и царицы (около 700 писем) открылась история их безграничной любви друг другу. После 20 лет совместной жизни Николай записал в своем дневнике: «Не верится, что сегодня двадцатилетие нашей свадьбы. Редким семейным счастьем Господь благословил нас; лишь бы суметь в течение оставшейся жизни оказаться достойным столь великой Его милости».
Пьер Жильяр, воспитатель великих княжон Ольги, Татьяны, Марии, Анастасии, вспоминал: «То, что было лучшего у этих четырех сестер, – это их простота, естественность, искренность и безотчетная доброта». Характерна и запись в дневнике священника Афанасия Беляева, которому в пасхальные дни 1917 года довелось исповедовать арестованных членов царской семьи: «Дай Бог, чтобы и все дети были нравственно так высоки, как дети бывшего царя. Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловной воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи, страстной и греховной, меня привело в изумление».
В семье императора царила атмосфера согласия, любви и покоя. Здесь Николай отдыхал душой. 8 апреля 1915 года, накануне очередной годовщины помолвки, Александра Федоровна написала мужу: «Дорогой, сколько мы пережили тяжелых испытаний за все эти годы, но в нашем родном гнездышке всегда было тепло и солнечно».
А вот строки письма Александры Федоровны из заточения: «Бог выше всех, и все Ему возможно, доступно. Люди ничего не могут. Один Он спасет, оттого надо беспрестанно Его просить, умолять спасти Родину дорогую, многострадальную. Как я счастлива, что мы не за границей, а с ней все это переживаем. Как хочется с любимым больным человеком все разделить, вместе пережить и с любовью и волнением за ним следовать, так и с Родиной. Чувствовала себя слишком долго ее матерью, чтобы потерять это чувство – мы одно составляем, и делим горе и счастье».
Иногда кажется, что свет их семейного благополучия изливался на всю Россию. За двадцать лет правления Николая II население империи выросло на 50 млн. человек или 40%; естественный прирост превысил 3 млн. в год. Исключительно много сделал царь для церкви: при нем число храмов и монастырей увеличилось более чем на 10 тыс. В его царствование прославлено восемь святых, в том числе Серафим Саровский.
Россия являлась кормилицей всей Европы: в 1913 году урожай хлеба у нас был на треть выше, чем в США, Канаде и Аргентине вместе взятых. Добыча угля по всей империи за двадцать лет возросла более чем вчетверо. В 1913 году производство нефти приблизилась к 600 млн. пудов в год (на две трети больше, чем в начале царствования). Золотой запас госбанка с 648 млн. (1894) возрос до 1604 млн. (1914).
Вот что писал о последних днях царствования Николая II Уинстон Черчилль:
«Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к России. Ее корабль пошел ко дну, когда гавань была в виду. Она уже перетерпела бурю, когда все обрушилось. Все жертвы уже были принесены, вся работа завершена. Отчаяние и измена овладели властью, когда задача была уже выполнена…
В марте Царь был на престоле; Российская империя и русская армия держались, фронт был обеспечен и победа бесспорна».
В ночь на 17 июля 1918 года Царь и его семья вместе с преданными слугами взошли на Голгофу: они были зверски убиты в подвале дома инженера Ипатьева в Екатеринбурге. Православная Церковь канонизировала их как мучеников, страстотерпцев. Но у царя была не только мученическая кончина, все его царствование было мученическим. В силу различных обстоятельств, главным из которых было отступление русского народа от заповедей Христа, между государем и его подданными образовалась пропасть. Всякое объяснение причин революций 1905 и 1917 годов будет неточным, если не признать, что главной предпосылкой переворота был постепенный отход русского общества от Бога.