…Было не очень поздно. Москва еще отмечала День своего рождения. А те, кто приезжал на этот праздник из пригорода, счастливые и утомленные возвращались назад.
Сначала в вагоне было шумно и весело. Чувствовалось хорошее настроение от удачного выходного. Но чем дальше электропоезд удалялся от Златоглавой, тем спокойнее и задумчивее становились пассажиры. С каждой станцией, людей становилось меньше и меньше.
Вот в вагоне осталось всего несколько человек. Среди них выделялась молодая семейная пара с девочкой-Мальвиной. Вернее, выделялась именно эта девочка. Ей было примерно года четыре. Одета она была в яркий разноцветный плащик, в красивые лаковые ботиночки, в руке у нее был перламутровый надувной заяц. А привлекала она внимание не только своей очень симпатичной внешностью (огромными голубыми глазами и множеством кудряшек, заправленных в такие же огромные синие банты), а тем, что утомленная она не переставала капризничать. Родители поочередно раскачивали ее на руках, видимо пытаясь успокоить, затем выводили на прогулку в тамбур. Однако ничего не помогало и Мальвина продолжала хныкать на весь вагон.
Тут из тамбура вошла какая-то нищенка с большим пакетом: она собирала пустые бутылки по вагонам. Таких в электричках всегда хватало, и сегодня это была не первая и видимо не последняя сборщица пустой тары. Почему-то она была одета во все черное. Лицо, обрамленное в такой же черный платок, выглядело весьма пропитым и прокуренным. Определить ее возраст было практически невозможно. Как видно, больше тридцати. Но сколько же на самом деле?
Женщина, закинув еще одну найденную бутылку в пакет, прошла в конец вагона и присела на пустую скамью. Это был последний вагон, дальше идти некуда.
Через некоторое время в вагон буквально вкатился маленький вихрастый парнишка. Ему было не больше пяти лет. И похож он был на домовенка из мультфильма: такие же всклокоченные от волосы, чумазая мордашка, одежда, скорее напоминающая детские лохмотья. Возможно, когда-то, это были приличные штанишки и курточка, но теперь одежда потеряла свой первоначальный цвет, размер и фасон.
Мальчик живо заглянул под каждую скамью и ничего там не обнаружив сел недалеко от Мальвины. Он не отрываясь смотрел на девочку и пораженный ее внешностью сидел не шелохнувшись в течение нескольких минут. Конечно ему было совершенно не понять, почему такая красивая девочка капризничает. Ведь у нее есть красивый перламутровый заяц, лакированные ботиночки и даже недопитая бутылочка с пепси.
- Не плачь!, - успокаивали девочку папа и мама. Но ничего не помогало.
В вагоне ввалилась румяная товарка со своим громким протяжным голосом:
- Пии-раж-кии! Паа-ку-паай-те пии-раж-кии!
Мальчик на мгновение оторвал взгляд от девочки, пронесся в конец вагона к женщине, собиравшей бутылки. Скомандовал.
- Ты! Купи мне пирожок, слышишь?
Женщина достала несколько монет и пирожок мигом перекочевал из рук продавщицы в маленькие и грязные ручонки Домовенка. Тот не долго думая пробежал к Мальвине и встав напротив нее деловито принялся за пирожок.
Девочка, четко произнося каждую букву, завопила:
- Я тоже хочу пирожок!
- Это плохой пирожок, - говорили наперебой родители, - у тебя от него животик заболит.
Девочка подозрительно посмотрела на Домовенка. А он с таким аппетитом ел то, от чего мог заболеть животик. Он причмокивал и качал головой. Теперь парнишка уже не стоял возле девочки. Он сел на скамью напротив и продолжал нахваливать пирожок, с которым, наконец, было покончено.
Теперь Мальвина, давно переставшая плакать, с интересом разглядывала Домовенка. Даже пассажиры в вагоне притихли. Что произойдет с детьми, которые, по сути, являются жителями двух разных миров? Девочка - из мира розовых снов, из сказки, оберегаемая папой и мамой. А мальчик - из другого мира, наполненного грязными промозглыми улицами, электричками, в которых нужно собирать бутылки, и странной нищей матерью, которая теперь тихо похрапывала в углу вагона.
- Как тебя зовут? - спросила громко Мальвина.
Домовенок молчал.
- Ну, как тебя зовут? - спросила девочка снова.
- Ваня,- спокойно ответил мальчик.
- Ваня! - вскрикнула Мальвина, а потом произнесла ласково - Иваа-н... Сколько тебе лет, Иваа-н?
- Десять, - уверенно ответил Иван, как если бы ему и вправду было десять лет.
- А почему ты такой чумазый, Иваан? - ласково спросила Мальвина.
На что Иван не найдя подходящего ответа только соскочил со скамьи и непонятно для чего пробежал вдоль вагона туда и обратно.
- Зато у меня есть кроссовки, - сказал мальчик и как-то смешно завернув руками кверху курточку, спрятал в нее свою всклокоченную шевелюру.
Мальвина громко рассмеялась. Она хотела сесть рядом с Домовенком, однако строгий папа не позволил ей этого сделать.
Тогда девочка снова зарыдала на весь вагон. Ваня наблюдал за происходящим. Внезапно из дальнего конца вагона появилась заспанная мать.
- Что? Ты что ее побил? - зашепелявила она. Оказалось, что передних зубов у нее не было.
Наступила короткая пауза, а потом прозвенел надрывный голос Домовенка.Он посмотрел на нее со злостью.
- Тыыы!!! Тыыы!!! Иди отсюда-а!
И женщина черной тенью исчезла в глубине вагона.
Тогда успокоилась девочка.
- Хочешь, я подарю тебе цветы?, - спросил Ваня.
Мальвина закивала головой, а Иван умчался туда, куда только что отправил свою маму. Через минуту он вернулся запыхавшись. Мальчик протягивал в руке бутон завядшей хризантемы, стебель которой видимо остался в сумке с пустыми бутылками.
Разумеется, что папа и мама не позволили Мальвине взять цветок. В вагоне раздался уже знакомый плачь. Тут рядом сидевший дедушка, протянул девочке огромный апельсин.
Электричка остановилась. Родители, собрав вещи, девочку и подаренный апельсин вышли в темноту неизвестной станции. А в вагоне остался огорченный Домовенок. Он поднял с заплеванного пола бутылочку с недопитой колой и бормоча что-то себе под нос направился к спящей матери.
Я вот все думаю про дедушку. Почему он предложил апельсин только девочке? Ведь вся ее жизнь и так полна апельсинов, надувных перламутровых зайцев и еще Бог знает чего...