В этот день Надя плохо себя чувствовала – сказывалась перемена погоды, да еще и Дед всю ночь храпел так, что в их комнате было слышно, будто он лежал на соседней подушке. Митька с капризничал с утра, не давая матери расслабиться, хорошо, хоть, что сегодня работал Семен, а у Нади был выходной.
Женщина была настолько на взводе, что проклинала тот день, когда захотела согласится на это наследство. Москва не подходила ей по ритму жизни, постоянная суета выматывала и заставляла нервничать, Митька без садика совсем от рук отбился, да еще и этот Дед… Постоянно что-то двигает, ничего не слышит, чавкает и храпит по ночам. Какая-то неприязнь была у нее к этому пожилому человеку. Семен держал нейтралитет, не вмешивался ни во что, но жизни в Москве тоже, видимо, был не рад.
Зато Митька был рад дедушке, он залезал к нему на колени, гладил сморщенное стариково лицо и пел ему детские песенки. Слышал ли их старик непонятно, но в такие моменты он закрывал глаза и, казалось, наслаждался присутствием правнука.
Надя накормила Митьку и Деда, помыла посуду и легла отдохнуть. Митька прикорнул рядом с матерью и вскоре уснул безмятежным детским сном, да и Дед тихонечко сидел в своей комнате. Надя погрузилась в целительный сон.
Очнулась она от боли в лице, а точнее в щеках. По этим самым щекам ее лупила женщина в белом халате. В руке торчала капельница и по всем признакам Надя определенно была в больнице. «Митяя…», - протянула женщина сиплым отчего-то голосом. «Ребенок ваш в детской, нормально с ним всё, а вот со спасителем вашим серьезнее», - будничным ничего не выражающим голосом произнесла то ли медсестра, то ли врач.
Что за спаситель, а главное, от чего, Надя не понимала. «Газ ты, милая, не закрыла, каша горела потихоньку, чудом не угорели вы, благо дедулька у вас крепкий, вас с мальчонкой вытащил. Правда сам теперь в реанимации», - все таким же спокойным голосом продолжила медсестра.
Так стыдно Наде еще не было. Благодарность и стыд попеременно овладевали ею. Слезы сами собой потекли из глаз, и вот уже она ревела навзрыд. Медсестра погладила ее по плечу и достала из кармана маленькую иконку. «Помолись, милая, авось и справится ваш дедуля, выкарабкается», - посоветовала она Наде. Надя вцепилась в иконку крепко-крепко и стала вспоминать слова полузабытой молитвы. Она просила, чтобы Дед выжил, что никакая квартира ей не нужна, только бы, только бы…
КОНЕЦ