Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Меня просят прокомментировать ужасный случай с гибелью 6-летного приемного ребенка

Меня просят прокомментировать ужасный случай с гибелью 6-летного приемного ребенка, которого хватились только через полгода после смерти.
Я ничего не знаю про сам случай и не вижу смысла обсуждать ситуацию.
Но я знаю точно: с приемными детьми бывает очень тяжело. Да, иногда их поведение может сводить с ума. Иногда они вредят себе или делают очень опасные вещи. Иногда они делают что-то, опасное для других.
И этот вопрос не решается тестированием родителей, как в очередной раз предлагают в Госдуме, уже устали мы с коллегами об этом говорить. Потому что нет никаких тестов, показывающих, как поведет себя человек в состоянии острого стресса и нервного истощения, в контакте с ребенком, умеющим сделать больно себе и другим - потому что он знает про боль больше, чем обычный взрослый.
И ни на одном ребенке в момент устройства в семью не написано, будет ли это счастливый случай или очень сложный.
Поэтому работает только одно: семья не должна оставаться с этим один на один. Будь это сложности

Меня просят прокомментировать ужасный случай с гибелью 6-летного приемного ребенка, которого хватились только через полгода после смерти.
Я ничего не знаю про сам случай и не вижу смысла обсуждать ситуацию.

Но я знаю точно: с приемными детьми бывает очень тяжело. Да, иногда их поведение может сводить с ума. Иногда они вредят себе или делают очень опасные вещи. Иногда они делают что-то, опасное для других.
И этот вопрос не решается тестированием родителей, как в очередной раз предлагают в Госдуме, уже устали мы с коллегами об этом говорить. Потому что нет никаких тестов, показывающих, как поведет себя человек в состоянии острого стресса и нервного истощения, в контакте с ребенком, умеющим сделать больно себе и другим - потому что он знает про боль больше, чем обычный взрослый.

И ни на одном ребенке в момент устройства в семью не написано, будет ли это счастливый случай или очень сложный.
Поэтому работает только одно: семья не должна оставаться с этим один на один. Будь это сложности самого ребенка, или трудности в отношениях, или конфликты со школой, или выгорание или болезнь приемного родителя. Семья имеет право рассчитать на профессиональную помощь специалистов - а для этого эти специалисты должны быть в доступе. И обращение к ним должно быть безопасным. И кто-то должен быть в контакте с семьёй постоянно, чтобы вовремя предложить помощь или забить тревогу.

Более того - даже это все не даёт 100% гарантии, что ничего никогда не случится.
Но только это работает. Поэтому ИРСУ занимается поддержкой приемных родителей и обучением специалистов - но такой работы нужно больше даже не в разы - в порядки.

В России до сих пор нет системы ведения случая. Нет толковой подготовки социальных работников. Детские и подростковые психиатры с хорошей квалификацией перегружены так, что непонятно когда спят и едят.

Сопровождение сплошь и рядом превращено или в формальность, или в контроль, от которого семья закрывается. Специалисты если и есть, то часто сами не знают, чем помочь, не имеют подготовки. Условия и оплата работы таковы, что опытные и квалифицированные кадры долго не держатся.
Но да, всегда наготове простой и бессмысленный ответ "давайте родителей тестировать". Мера из серии "надо же что-то делать".

Зато Женю Беркович, приемную маму, которая растит двух очень непростых девочек и невероятно много сделала для их реабилитации, сегодня оставили в СИЗО.
Для меня это все разные грани одного и того же - отношения к детям как к чему-то неважному.