С началом Второй Мировой войны правительство Нидерландов осознало неизбежность военного столкновения с нацистской Германией, а также возможные экономические сложности, связанные с войной. Как в начале Первой Мировой войны, для компенсации нехватки серебряных монет были подготовлены серебряные сертификаты – знаки в 1, 2,5 и 5 гульденов. Они были выполнены довольно просто – с обеих сторон были орнаменты и только на билете в 1 гульден поместили небольшой портрет-барельеф королевы Вильгельмины (на лицевой стороне) и изображение герба (на обороте). Впрочем, эти знаки попали в обращение уже после оккупации Нидерландов.
Несмотря на то, что нацисты принудительно ввели на территории страны оккупационные марки, гульден продолжал оставаться валютой Нидерландов. Марки направлялись на покрытие расходов, понесённых Германией в Нидерландах, и обменивались по фиксированному курсу. В обращение они не поступали, так как Банк Нидерландов напрямую обменивал их на гульдены. Это привело к неоправданному увеличению денежной массы.
После того, как руководство Банка Нидерландов и многие служащие подали в отставку после немецкого вторжения, оккупанты поставили на руководящие посты своих ставленников из числа местных фашистов-коллаборантов.
Одним из первых шагов нового руководства Банка стал выпуск новых купюр гульденов. К моменту установления над Нидерландами фашистского господства в стране обращались, главным образом, купюры серии 1930 года, а также выпущенные в 1939 году билеты в 10 и 20 гульденов.
На лицевой стороне билетов в 10 гульденов поместили портрет королевы Вильгельмины, а на обороте – стилизованный герб.
Ещё лучше вышла двадцатка: кроме портрета Её величества здесь напечатали, изображающую флот адмирала де Рёйтера на пути в Алжир. На обороте – виды старого Амстердама, Башня слёз и церковь святого Николая.
В 1941 году их выпуск повторили, но уже с датой 1941 года.
Новое руководство Банка Нидерландов, выражая пожелания своих берлинских хозяев, осудило бегство королевской семьи из страны и постановило заменить билеты с портретами королевы на знаки другого образца.
С купюр в 10 гульденов убрали королеву и заменили её «Прекрасной пастушкой» кисти Пауля Морельсе (не меняя внешнего облика купюры).
Двадцатки заменили билетами в 25 гульденов, на них поместили «Портрет молодой женщины» всё того же Морельсе.
В январе 1941 года серию дополнили билетом в 50 гульденов, украшенным женским портретом с картины Яна Стена «Девушка с устрицами».
Идея украшать банкноты картинами голландских мастеров пришлась по вкусу гитлеровским прихвостням – при виде таких банкнот у жителей покорённой страны складывалась иллюзия, что они живут в суверенном государстве, не испытывают ужасов оккупации и войны. Поэтому, когда в 1943 году было принято решение о замене купюр старых выпусков, глава Банка Нидерландов Рост ван Тоннинген выразил желание и дальше видеть репродукции картин на купюрах.
Первой была заменена купюра в 10 гульденов – её рисунок переработали полностью, на лицевой стороне поместили портрет вельможи XVII века, фрагмент группового «Портрета синдиков цеха сукноделов» Рембрандта.
Спустя несколько месяцев обновили билет в 25 гульденов: в целом, его дизайн оставили прежним, были изменены лишь некоторые детали. Предполагалось, что будут заменены и знаки в 50 гульденов, что будут выпущены знаки более крупных номиналов – но перелом в ходе войны перечеркнул все эти планы.
см. также: