В современной историографии XVIII век освещается, мягко говоря, неважно. Историки нашего времени больше занимаются вопросами мировых войн и оккупации, выяснениями, кто прав и кто виноват, а мирные периоды обходят стороной. А зря! Ведь именно относительно спокойный XVIII век, особенно его вторая половина, принёс нашему городу сначала европейскую, а затем и мировую славу. С Ригой связаны судьбы выдающихся философов того времени - многие их труды впервые увидели свет в типографии нашего города.
Во второй половине XVIII века Остзейский край уже полностью пришёл в себя после ужасов Северной войны - местные дворяне смогли не только сохранить своё привилегированное положение, но и сделать неплохие карьеры при царском дворе. Одним из ярких примеров был барон Отто Германн фон Фитингхоф-Шеель (Vietinghof gen. Scheel). В Риге он прославился не только своей политической карьерой, но и как меценат: он финансировал постройку городского театра, открытие первого рижского клуба и, таким образом, задал моду на меценатство и просвещение среди рижского и лифляндского дворянства. В Балтийские губернии потянулись студенты, музыканты, философы и учителя в надежде найти здесь работу. Главным «поставщиком» таких кадров того времени стал Кёнигсбергский университет «Альбертина».
Именно в это время в Митаву и приехал молодой человек по имени Иоганн Фридрих Харткнох (Hartknoch). Он был сыном органиста из маленького прусского городка Гольдап и получил неплохое образование, окончив теологический факультет Кёнигсбергского университета. Семья Иоганна была небогатой, так что ему уже сызмальства приходилось самому зарабатывать на жизнь. Но молодому человеку повезло: в Кёнигсберге он устроился на работу к книгопечатнику Якобу Кантеру (Kanter). Ему удалось не только значительно улучшить своё финансовое положение, но и познакомиться со многими студентами университета, которые покупали у него книги. После окончания университета Кантер предложил Иоганну стать управляющим своего филиала в Митаве.
Жизнь и работа в тихой столице Курляндского герцогства показалась Харткноху скучной. Чтобы занять себя делом он открыл своё собственное издательство, благо у него уже было несколько знакомых авторов, да каких: это и Иммануил Кант (Kant), и Иоганн Готтфрид Гердер (Herder), и Иоганн Георг Гаман (Hamann), с которыми он познакомился будучи студентом. Харткнох издал некоторые работы Канта и Гердера, но в Митаве спросом они не пользовались. Тогда он решил переехать в Ригу, где надеялся найти более образованных клиентов. Кёнигсбергские друзья Харткноха поддержали его. Как окажется позднее – это было верным решением.
Свой первый книжный магазин Харткнох открыл на улице Яуна, неподалёку от центра культурной жизни города - Домской школы. Узнав, что там нужен учитель, он убедил тамошнего ректора пригласить на эту должность своего друга Гердера, и вскоре друзья воссоединились в Риге. Значение Харткноха в рижском светском обществе росло с каждым днём. Такой небывалый успех объясняется достаточно просто: молодой книготорговец ещё в Кёнигсберге вступил в масонскую ложу и, благодаря связям в среде свободных каменщиков, смог добиться заметного влияния сначала в Митаве, а затем и в Риге. Он также уговорил Гердера вступить в одну из рижских масонских лож. Дела Харткноха шли в гору: вскоре маленький магазинчик у Домского собора стал ему тесен, и он приобрёл дом на углу улиц Смилшу и Маза Алдару. Здесь Харткнох открыл свой магазин и издательство.
У нас есть уникальная возможность заглянуть в магазинчик Харткноха глазами простого сельского учителя тех лет: «Я часто заходил к Харткноху на Песочной улице. Узкий перегруженный кабинет, расположенный сразу за входной дверью, мало напоминал книжные магазины Гамбурга или Амстердама. Служка, писарь и длинный худой старик с угрюмым лицом, вот и весь штат. Старик продолжал чинно писать, остальные вас тоже не замечали; вам ничего не предлагали, перед вами не раскладывали книги, но зато никто не мешал вам самим рассмотреть и полистать предлагаемые товары. Стоило проявить интерес, и старик-хозяин менялся. Когда я с кипой книг, среди которых были Руссо, Клейст, оды Клопштока, несколько календарей и гравюр, подошёл к нему, он улыбнулся и спросил: - «Наличными или в рассрочку?». Я признался, что барон выделил мне совсем немного денег и погасить счёт сразу не смогу, но я выразил готовность в течение трёх дней погасить задолженность. Старик кивнул, - «На селе трудно найти переплётчика, Вам переплести ваши покупки? Через три дня книги будут готовы». Я был поражён таким доверием! Когда в назначенный срок я вернулся за книгами, оказалось, что мне сделали скидку в 10 процентов...».
Харткнох действительно был не простым продавцом книг и издателем. Он был настоящим меценатом. На протяжении всей своей жизни он поддерживал Иоганна Готтфрида Гердера, причём не только пока тот жил в Риге, но и позже. Именно он спонсировал путешествие Гердера из Риги в Нант в 1769 году, не раз одалживал другу деньги, которые тот постоянно выпрашивал - порой не в самой вежливой манере. Харткнох прекрасно знал, что достать книги в глухой Лифляндской деревне непросто, поэтому часто высылал сельским учителям необходимые издания авансом. Из всех книг, которые издавал Харкнох, один экземпляр он неизменно передавал в городскую библиотеку.
Это были и есть настоящие сокровища - именно у него впервые увидели свет такие всемирно известные труды Канта, как «Критика чистого разума» и «Критика практического разума». Рижское издательство Харткноха издавало книги философа И.Г. Гамана, прозванного современниками «северным магом»; Адольфа Книгге, автора известного труда по этикету, фамилией Книгге немцы и теперь зовут все книги, опсывающие как вести себя в той или иной ситуации; философа Артура Шопенгауэра (Schopenhauer); известного критика Наполеона Эрнста Морица Арндта (Arndt) и многих других немецких авторов. Кроме того, он спонсировал и издавал переводы русских учёных и писателей на немецкий язык. Так, в его издательстве выходили труды Михаила Ломоносова. В 1790 году по инициативе нашего героя в Риге вышел словарь латышского языка Стендера. Во второй половине XVIII века издательство Иоганна Фридриха Харткноха занимало ведущие позиции не только в Прибалтике, но и во всей Северной Европе.
Кроме научных трудов, работ философов, календарей и гравюр Харткнох выпускал и сборники музыкальных произведений - сказалось его происхождение - он был родом из очень музыкальной семьи и любил хорошую музыку. Среди его друзей были практически все известные композиторы Остзейского края тех лет. Особенная дружба связывала его с Иоганном Готтфридом Мютелем (Müthel), учеником великого Иоганна Себастиана Баха (Bach). Мютель работал в Риге органистом в церкви Св. Петра и запомнился рижанам тем, что, будучи уже в преклонном возрасте, соглашался играть только зимой и то, если шёл снег, потому что только тогда в церкви не было слышно грохота повозок по каменным мостовым города.
Издательская и коммерческая деятельность Иоганна Фридриха Харткноха была весьма обширной - он часто находился в разъездах. Эти путешествия подорвали его здоровье и в 1789 году, в возрасте всего 49 лет, рижский издатель скончался. Его со всеми почестями похоронили на рижском Большом кладбище. Издательство перешло в руки его сына Иоганна Фридриха младшего. Вплоть до 1803 года здесь, как и прежде, печатались самые передовые авторы того времени. К сожалению, в начале XIX века в Риге начали действовать новые правила цензуры, и Харткнох младший решил покинуть родной город и переселиться в Дрезден.
Издательство также переехало в саксонскую столицу, но и оттуда Харткнох регулярно высылал книги для рижской городской библиотеки! Магазин издателя в Риге продолжил работу, хотя не раз менял владельцев и адрес. Со временем имя Харткноха забылось… Только посетители городской библиотеки, читавшие изданные и подаренные им книги, помнили о былой славе рижского издателя и книготорговца. Всё изменилось в 1864 году, когда город готовился к столетию со дня прибытия в Ригу Иоганна Готтфрида Гердера, тогда-то и вспомнили о том, кто пригласил будущего великого философа эпохи Посвящения в город на Двине.
Оказалось, что могила Харткноха за прошедшие годы пришла в полное запустение: могильный холм просел, и небольшой памятник сильно накренился. По инициативе общества истории и старины Остзейских провинций могилу издателя привели в порядок, подновили урну, увенчанную черепом, и заново изготовили таблички с текстом: «Здесь отдыхает от своих мирских дел прах Иоганна Фридриха Харткноха, рижского горожанина и книготорговца, он родился 28 сентября 1740 и умер 1 апреля 1789 года, память о нём будет вечно жить в кругу его близких и друзей, он умер и они похоронили его здесь, дарованные Богом тихое и сладостное упокоение и вечная жизнь вечно витают вокруг его праха».
Этот памятник чудом пережил варварское расхищение рижского Большого кладбища и сохранился до наших дней. Увы, это всё, что нам осталось в память о Харткнохе. Во время войны, в огне пожара в здании городской ратуши погибла часть подаренных им изданий... Книги, изданные Харткнохом, считаются сегодня большой редкостью. Не сохранился и дом, в котором находились книжный магазин и издательство, его сменил сначала шедевр рижского югендстиля, а затем масштабное здание министерства финансов.
Но, тем не менее, имя Иоганна Фридриха Харткноха, история его рижского издательства, его роль в развитии европейской философии навсегда останутся в памяти потомков. Уже в XXI веке в Риге было издано несколько книг на немецком языке, посвящённых Харткноху и его издательству. Возможно в будущем появятся и другие издания…