1922. Июль, 15–17
Состоялся суд над 33 священниками и некоторыми прихожанами Томска и Томской губернии по обвинению их в контрреволюции и противодействии изъятию церковных ценностей.
В статье «Антирелигиозная политика» в Исторической энциклопедии Сибири о причинах возникновения «дела томских церковников» говорилось следующее:
«Широкомасштабная акция по изъятию церковных ценностей (1922) вылилась в массовое ограбление Церкви, и не только православной; ценное имущество изымалось из костелов, синагог, мечетей. Обирались не только крупные городские, но и небогатые сельские храмы. В августе 1922 из Томска в Москву было отправлено 32 ящика с церковными ценностями с содержанием драгоценных металлов весом около 2 т. В Красноярске в 1922 было изъято свыше 79 пудов серебра и 532 бриллианта. Попытки иерархов, духовенства и верующих препятствовать разграблению храмов квалифицировались как контрреволюционная деятельность. В Томске за противодействие изъятию церковного имущества подверглись аресту и преданы суду 33 священника во главе с епископом Виктором (Богоявленским)».
Слушания проходили «в помещении гарнизонного клуба» (ныне — Дом офицеров). Ход процесса очень широко освещался в прессе. В Томской газете «Красное Знамя», начиная с 18 июля, публиковалась подробная хроника судебных заседаний. Например, такие интересные детали процесса были отмечены в протоколе одного из заседаний:
«…Установлено, что епископ Виктор (Богоявленский) и архимандрит Ираклий хотели скрыть от изъятия (не значившие по описи) 7 икон в серебряных ризах и 5 риз домовой церкви при бывшей семинарии. Все эти предметы розданы на хранение через Марию Лекуб по частным квартирам (иконы найдены при обыске)…».
«Добрая» комиссия разрешила сдать ризы с икон не до Пасхи, а после праздника, а «церковники» не спешили. К 30 апреля только три церкви сдали ризы, а остальные не исполнили своих обязательств…». «…наместник монастыря архимандрит Ираклий не сдал 2 ризы….».
Двое из подсудимых — Бахтияров и Беликов — умерли и дело о них производством было прекращено.
Приговор суда по «делу томских церковников» был опубликован на первой полосе газеты «Красное знамя» за 22 июля 1922 года.
Процитируем этот приговор целиком, назвав все имена, в нем указанные (ред: курсивом добавлены краткие описания подсудимых, из газеты «Красное знамя» № 156 за 18 июля 1922 года):
— Трибунал, руководствуясь ст.ст. 62, 63, 72, 119, 123, 69 и 68 уголовного кодекса, приговорил:
1) Богоявлевского Всеволода Семеновича (он же епископ Виктор),
2) Лебедева Константина Владимировича, — протоиерей, настоятель Богоявленского храма и член епархиального управления по назначению,
3) Никольского Александра Ивановича, — протоиерей, настоятель Преображенского храма, и член епархиального управления по назначению,
4) Хитровского Михаила Яковлевича, — священник, настоятель Никольского храма, личный секретарь еп. Виктора,
5) Галахова Якова Яковлевича, — протоиерей, настоятель кафедрального собора, б. профессор богословия Томского университета,
6) Климова Николая Степановича, — священник, настоятель Петропавловского храма,
7) Попова Вячеслава Васильевича, — священник Богоявленской церкви и жилсанинспектор;
8) Стацевича Бориса Семеновича, — священник ст. Юрга и с. Тутальского;
9) Такжина Николая Викторовича, — педагог, б. статский советник, член приходского совета Богоявленского храма,
всех подвергнуть высшей мере наказания — расстрелять.
10) Попова Илью Константиновича, он же архимандрит Ираклий, наместник мужского монастыря,
11) Беневоленского Ивана Алексеевича, — протоиерей, ключарь Нового собора;
12) Юрьева Василия Павловича, — протоиерей, настоятель Знаменской церкви;
13) Никольского Павла Васильевича, — священник села Тисуль Мариинского уезда;
14) Нестерова Платона Гавриловича, — домовладелец, б. рыботорговец, церковный староста Богоявленской церкви;
15) Лебедева Павла Александровича, — портной, член приходского совета кафедрального собора;
16) Наумова Михаила Федоровича, — б. приказчик, староста кафедрального собора;
17) Токарева Ивана Федоровича, — дьякон церкви села Тисуль;
18) Лякуб Марию Давыдовну, — б. дворянка, гражданка города Томска;
19) Дворникова Федора Ивановича, — крестьянка села Тисуль, староста Тисульской церкви;
20) Вахромеева Александра Прокопьевича, — крестьянин села Тутальского,
лишить всех свободы со строгой изоляцией сроком на три года каждого, конфисковав, кроме того, у Вахромеева один двух-этажный дом, две лошади в пользу голодающих.
Приняв во внимание старческий возраст и раскаяние Дворникова, Лебедева Павла, Вахромеева Александра, Юрьева Василия и Никольского Павла — лишение свободы для них считать условной формой наказания, у Нестерова конфисковать в пользу голодающих дом.
21) Рудник Ивана Валерьяновича, — домовладелец, служащий кожзавода №2;
22) Крычова Сергея Васильевича, — из крестьян, член приходского совета тутальской сельской церкви;
23) Сетина Ефима Алексеевича, — из крестьян, член приходского совета той же церкви;
24) Ганьшину Елену Федоровну, — крестьянка села Тутальского;
25) Зевакина Федора Поликарповича,
26) Зевакина Анну Дмитриевну,
27) Зевакину Агафию Ниловну, — крестьяне села Тутальского;
28) Боянову Екатерину Семеновну, — крестьянка села Тутальского;
29) Кабанову Марианну Ивановну, — крестьянка села Тутальского;
30) Казакова Ивана Степановича, — домовладелец города Томска, служащий лесопильного завода № 2;
31) Анфилогова Дмитрия Михайловича — крестьянин села Тисуль, член приходского совета Тисульской сельской церкви,
объявить общественное порицание и подвергнуть штрафу в пользу голодающих по 5-ти пудов муки с каждого осужденного.
Учитывая заслуги Такжина Николая, трибунал находит возможность высшую меру наказания — расстрел заменить Такжину пятью годами лишения свободы со строгой изоляцией, причем давая ему возможность загладить свою вину перед пролетарским государством, и эту меру наказания трибунал применяет условно.
Остальным осужденным к высшей мере наказания трибунал, считая их врагами народа неисправимыми, не считает возможным заменить расстрел другим наказанием».
Выездная сессия судебной коллегии Сибирского отделения Верховного трибунала по делу томских церковников проходила в ноябре 1922 года. Ее решения подтверждали смертный приговор с конфискацией всего имущества только трем священникам: Богоявленскому, Лебедеву Константину и Стацкевичу. Другим подсудимым были назначены более мягкие наказания.
Приговор судебной коллегии был опубликован в «Красном Знамени» № 249 от 7 ноября 1922 года.
Более подробно в этой статье покажем судьбы только двоих из первоначального списка приговоренных к высшей мере наказания священников.
◼ Богоявленский Всеволод Семенович — епископ Виктор (1854–1928).
В 1919 рукоположен во епископа Барнаульского, викария Томского. С 1921 — епископ Томский.
В Томской епархии с 1922 большое распространение получило обновленчество, о чем еп. Виктор сообщил в письме Патриарху Тихону. Получив ответ Патриарха: «Новшеств не допускайте, это дело Собора», — владыка отстранил от богослужения настоятеля томской Преображенской церкви Макария Торопова. Другого деятеля обновленчества — настоятеля томской церкви Иоана Лествичника священника Петра Блинова, подчинившегося требованиям епископа, — оставил на прежней должности, строго указав ему не допускать никаких отступлений от устава. В проповедях еп. Виктор называл обновленцев сектой.
Из материалов дела:
«В пределах Томской губернии Управляющий Томской епархией Виктор, в миру гр. Богоявленский Всеволод, контрреволюционную линию поведения, по указанию Патриарха Тихона, проводил с самого появления своего во главе Томской епархии с июня 1921г...
Приехав в Томск по назначению Патриарха Тихона, вопреки декрету об избрании духовенства верующими, Богоявленский, под именем епископа Виктора, осуществляет здесь, по приказаниям свыше, обход декрета об отделении Церкви от государства. Он присвоил себе право назначения, смещения и увольнения членов Епархиального управления, настоятелей церквей, членов причта, производя это помимо воли верующих, руководствуясь только своими контрреволюционными симпатиями...
Духовенство либеральное, стремящееся к реформе Церкви в духе современности, преследуется епископом Виктором...»
Архиерей стремился упорядочить жизнь епархии: преобразовал епархиальный совет в епархиальное управление, намеревался созвать епархиальный съезд, священнослужителям рекомендовал вести в церквах метрические записи (согласно циркуляру НКЮ 1919 г., это не было запрещено), совершать разводы только в случае, если прилагалась выписка о расторжении брака из народного суда. При храмах преподавался Закон Божий, о чем был поставлен в известность губернский отдел народного образования.
В марте 1922. в Томске началась кампания по изъятию церковных ценностей. Председатель местного трибунала Макаренко вызвал еп. Виктора для беседы и рекомендовал архиерею разъяснить священнослужителям необходимость отдавать в помощь голодающим все сколько-нибудь ценное, а также выступать с такого рода призывами на митингах. Стремясь к тому, чтобы изъятие прошло мирно и без попрания святынь, владыка распорядился провести 13 марта епархиальное собрание духовенства, на котором прот. Иаков Галахов, настоятель кафедрального собора, бывший профессор богословия Томского университета и настоятель университетской церкви, прочитал опубликованное в «Известиях ВЦИК» заявление Патриарха Тихона с призывом сдавать церковные ценности, не употребляемые за богослужением. На прошедшем на следующий день собрании благочинных владыка сказал, что «изъятие ценностей не противоречит христианству», и предложил провести изъятие всех ценностей, которые не являются необходимыми при богослужении. 4 апреля в епархии прошли приходские собрания, на которых также обсуждалось предстоящее изъятие церковных ценностей.
Несмотря на лояльную позицию епископа Виктора по отношению к декрету об изъятии, в томской печати началась кампания против архиерея. Газета «Красное знамя» опубликовала ряд материалов, в которых «разоблачалась» «контрреволюционность» епископа Виктора. Изъятие церковных ценностей использовалось как повод для судебного преследования и уничтожения духовенства. После первого произведенного у него обыска еп. Виктор в мае 1922 обратился с письмом к членам епархиального управления о преемстве церковной власти в Томской епархии. Он писал, что в случае его смерти «или еще каких-либо обстоятельств» управление епархией должно перейти к Бийскому архиеп. Иннокентию (Соколову), 2-му Томскому викарию, и призывал «никого другого епископом не признавать». Однако после ареста еп. Виктора церковная власть в Томске была захвачена группой обновленцев во главе с Блиновым.
Арест, тюремное заключение
Еп. Виктор был арестован 12 июля 1922, определен в томский дом заключения. 15–20 июля томский губернский революционный трибунал по военному отделению рассматривал «дело томских церковников» в открытом судебном заседании. Владыка Виктор в числе других обвиняемых
был признан виновным в «идейном руководстве томской группой контрреволюционной организации духовенства «Православная церковь»... противодействии органам власти при изъятии церковных ценностей», а также в том, что он «фактически злостно нарушал и не исполнял декрета советской власти об отделении церкви от государства, сохранял конструкцию прежней епархиальной консистории (вопреки декрету об избрании духовенства верующими присвоил себе право назначения, смещения, увольнения членов епархиального управления, настоятелей церквей), совместно с Поповым Ильей Константиновичем (архимандритом Ираклием) скрыл от изъятия церковные ценности путем раздачи по частным квартирам: ценности храма Томского мужского монастыря (7 икон в серебряных ризах около 30 ф. весом), домовой церкви при бывшей семинарии (5 риз)... возбуждал население к массовым волнениям и к невыдаче церковных ценностей в явный ущерб диктатуре рабочего класса и пролетарской революции».
Еп. Виктор и еще 8 человек были приговорены к расстрелу. Осужденные направили кассационную жалобу в Сибирское отделение Верховного трибунала ВЦИК. 29 июля в Новониколаевское отделение Верховного трибунала поступила телеграмма от председателя новоучрежденного обновленческого Сибирского церковного управления А. Авдентова и секретаря М. Торопова, в которой они писали, что «утверждение приговора создаст ореол мученичества осужденным и явится непреодолимым препятствием в деле успокоения и устроения Живой церкви», и просили смягчения приговора.
Определением кассационной коллегии Сибирского отделения Верховного трибунала ВЦИК РСФСР от 6 октября 1922 года приговор от 15–20 июля был отменен и дело передано для нового рассмотрения в судебную коллегию Сибирского отделения Верховного трибунала. 31 октября – 4 ноября 1922 выездная сессия судебной коллегии повторно рассмотрела дело и признала еп. Виктора и еще 11 священников виновными в том, что, «являясь членами иерархии православной церкви, занимая должности в Томской епархии, использовали эту легальную организацию в целях свержения завоеванной пролетарской революцией власти рабоче-крестьянских советов и существующего на основании Конституции РСФСР рабоче-крестьянского правительства». Епископ Виктор, архим. Ираклий (Попов) и несколько священников вновь были приговорены к расстрелу без права обжалования приговора.
Сразу после оглашения приговора с особым мнением выступил член суда Т. Ф. Карелов, оспоривший решение суда. О приговоре телеграфировали в Верховный трибунал в Москву. В тот же день была получена ответная телеграмма за подписью секретаря ВЦИК А. Енукидзе с приказанием — исполнение приговора немедленно остановить, направить дело в Москву для рассмотрения. 2 декабря 1922 судебная коллегия Сибирского отделения Верховного трибунала рассматривала вопрос о возможности применения к приговоренным по «делу томских церковников» амнистии в связи с 5-летней годовщиной Октябрьской революции и решила к приговоренным к высшей мере наказания амнистии не применять.
Решением Президиума ВЦИК от 2 марта 1923 высшая мера наказания епископа Виктора и двум другим осужденным была заменена 10 годами лишения свободы, через полгода срок сократили до 6 лет, в феврале 1924 — до 5 лет. По данным М. Е. Губонина, в 1924 еп. Виктор числился епископом Нижнеудинским, однако известно, что в январе 1925 архиерей находился в тюрьме в Иркутске.
В 1924 был досрочно освобожден досрочно, в марте 1925, после возведения в сан архиепископа назначен управляющим Омской епархии. Скончался 2 ноября 1928 в Омске.
В 2001 был реабилитирован Прокуратурой Томского облсуда по 1922 году репрессий.
[История Русской Православной Церкви, кн. 9, М., 1997.-С.729; Дмитриенко Н.М. «Дело томских церковников»…С.78-79.]
◼ Иаков (Яков) Яковлевич Галахов (1865–1938) — духовный писатель, протоирей, ординарный профессор по кафедре богословия Томского университета.
Из семьи священника. Образование получил в Казанской духовной академии, которую окончил в 1890 со степенью кандидата богословия. С 1908 — профессор богословия Томского университета, настоятель Градо-Томской Богородице-Казанской университетской церкви. С 1912 заведовал археологическим и этнографическим музеем. Состоял членом совета университета. В 1916 по выслуге 25-летнего срока по учебной части с разрешения министра народного просвещения был оставлен для дальнейшей службы в должности профессора богословия Томского университета. Для студентов младших курсов православного вероисповедания медицинского факультета читал обязательный курс богословия. В 1911–1917 читал этот же курс в ТТИ.
В годы Гражданской войны входил в состав Высшего временного церковного управления Сибири, избранного на Всесибирском церковном совещании в Томске в ноябре 1918. В Томском университете преподавал в 1918–1919 в качестве приват-доцента по кафедре истории церкви. По постановлению Сибнаробраза от 15 апреля 1920 Галахов был уволен из Томского университета вместе с группой профессоров юридического факультета.
В 1920 году был арестован и осужден Омской губ. ЧК. Обвинен в контрреволюционной деятельности, но окончательного решения по делу тогда не было принято.
В июле 1922 Яков Яковлевич Галахов проходил по «Делу о томских церковниках» и был приговорен к расстрелу. В результате пересмотра дела в ноябре того же года Галахову расстрел заменили 5 годами принудительных работ со строгой изоляцией и конфискацией имущества. Постановлением Президиума ВЦИК о применении частной амнистии 24 февраля 1924 срок Галахову, отбывавшего наказание в Александровском исправительном доме в Иркутской губернии, а затем в Игарке, был сокращен с 5 лет до 2 лет 6 месяцев.
В 1930 Яков Яковлевич Галахов вновь был арестован. В 1932 особым совещанием коллегии ОГПУ ТАССР был обвинен по ст. 58-10, 58-11 — создание контрреволюционной организации Русской Истинно-Православной церкви (ИПЦ) и приговорен к трем годам ссылки в Казахстан. Проживал в поселке Степной КазССР. В ссылке ослеп. Последние дни жил в Актюбинске, где умер в городской больнице от инфаркта миокарда.
В семье было семеро детей, трое из которых были репрессированы.
Награды: орден Св. Анны II ст. (1914); орден Св. Анны III ст. (1911); серебряная медаль в память царствования Императора Александра III и светло-бронзовая медаль в память 300-летия царствования Дома Романовых. Наперсный крест, камилавка, скуфья, набедренник. Протоиерей (1905).
Его основные труды: «Послание святого апостола Павла к Галатам» (Казань, 1887), Магистерская диссертация), «Социалистические утопии Х1Х века и христианские начала человеческой жизни» (Харьков, 1902), «Поворот к старому в учении о сущности жизненного процесса» (Харьков, 1904), «Судьба теории саморазвития» (Харьков, 1905), «Библейский допотопный человек и дилювиальный человек науки» (Харьков, 1905); «Печальная страница в истории русского религиозного самосознания (по поводу „Вех“)» (Томск, 1910), «Николай Иванович Пирогов и его религиозно-философские взгляды» (Томск, 1911), «О религии» (Томск, 1911), «Религиозное мировоззрение Л.Н. Толстого» (Томск, 1911).
Источники и литература:
- РГИА. Ф. 733. Оп. 156. Д. 586;
- ГАТО. Ф. 102. Оп. 1. Д. 929, 984; Ф. Р-236. Оп. 2. Д. 96. Л. 543;
- Полный богословский энцикл. словарь. Репринтн. изд. 1992. Т. 1;
- Красное знамя. 1922. 22 июля, 7 ноября;
- Боль людская. Томск, 1995. Кн. 4;
- Профессора Томского университета: Биографический словарь. Вып. 1. 1888–1917 / Отв. ред. С.Ф. Фоминых. Томск, 1996;
- Профессора медицинского факультета Императорского (государственного) Томского университета — Томского медицинского института-Сибирского государственного медицинского университета. 1878–2003. Т-1.С.150.
Полную информацию о людях, названных в этой публикации, вы сможете посмотреть в их личных карточках Томского мартиролога.
Музей располагает электронной базой данных более чем на 200 тысяч человек, прошедших за годы советской власти на территории Томской области через горнило «чрезвычаек» и «троек», раскулачиваний и массовых депортаций народов.