Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко 9-11 июля посетила Китай. В рамках визита она провела встречи в Пекине с председателем Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП, высший законодательный орган КНР) Чжао Лэцзи, а также с председателем КНР Си Цзиньпином.
Подводя итоги трехдневного визита в китайскую столицу, спикер отметила высокий уровень двусторонних отношений России и КНР, схожие взгляды на вопросы международной безопасности и готовность Москвы и Пекина сотрудничать по всему миру, в том числе на африканском континенте.
Си Цзиньпин в ходе встречи с Матвиенко отметил "здоровую и стабильную динамику развития" отношений и указал на неуклонное развитие сотрудничества в различных областях.
Стоит отметить, что официальные лица КНР неоднократно заявляли о важности всестороннего укрепления сотрудничества с РФ в контексте обеспечения многополярности мироустройства. Тот же Си Цзиньпин в статье для "Российской газеты" говорил:
"Стороны действенными шагами претворяют в жизнь подлинную многополярность, развивают общечеловеческие ценности и выступают за формирование международных отношений нового типа и сообщества единой судьбы человечества".
Однако на фоне такой официальной риторики интересны внутриполитические дискуссии на этот счет в Китае. Там прямо говорят о том, о чем китайские политики никогда не скажут в открытую. Так, обращает на себя внимание статья Янь Суэтуна – директора Института международных исследований Университета Цинхуа и главного редактора Китайского журнала международной политики. Он отмечает, что под "многополярностью" Пекин понимает "биполярность", Россия в этой системе как полюс и вовсе не рассматривается:
"Сформировалась биполярная международная структура США–Китай. Никакой многополярности нет. Многополярность относится к процессу, который продолжается более 30 лет. Однако мы пока не увидели никаких многополярных результатов. Почему политикам нравится использовать термин "многополярность"?
Если американцы не будут использовать этот термин и выберут вместо него биполярность, это будет означать признание того, что Китай и США одинаково могущественны".
По его словам, Россия, Индия, Япония, Бразилия и европейские страны готовы использовать термин "многополярность", потому что, если бы они использовали термин "биполярность" вместо этого, это было бы принижением самих себя и признанием того, что они уступают США и Китаю. Суэтун поясняет, что настаивание Китая на многополярности объясняется не тем, что объективный мир многополярен, а тем, что это политкорректно.
Он указывает также на то, что мировым полюсом нельзя считать и Европейский союз, несмотря на его экономические масштабы. Разницей между сегодняшней биполярной моделью и той, что была во времена холодной войны с экономической точки зрения ученый называет цифровую экономику, указывая, что ее доля в ВВП или национальном богатстве крупнейших стран продолжает расти.
На цифровую экономику будет приходиться все большая доля национального богатства всех основных стран. Цифровая экономика станет основным источником национального богатства. Все крупные страны делают упор на цифровую экономику как ключевую область экономического развития, но они отличаются тем, сколько они могут сделать.
"Например, у России есть национальный доклад о развитии цифровой экономики, но у нее нет возможностей и фундамента для этого, и она может полагаться только на продажу природных ресурсов", - считает он.
Тем временем, согласно статистическим данным китайской таможни, товарооборот между Россией и Китаем за первое полугодие 2023 года составил рекордные $114,5 млрд, что на 40,6% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, тогда как аналогичный показатель в торговле с США сократился на 14,5%, составив $327 млрд. Наибольший уровень товарооборота сохраняется с Европейским союзом ($399 млрд), однако и в этом направлении зафиксировано снижение на 4,9%.
Вместе с тем, необходимо понимать главное – Пекин не будет предпринимать те действия в отношении России, которые будут идти ему во вред. А теперь рассмотрим этот пункт поподробнее. С одной стороны, Пекин привязан к Западу инвестициями и технологиями, которые обеспечивают как загрузку промышленности, так и огромные внешние рынки сбыта товарной массы. Вроде как играть на стороне России Китаю не с руки – Запад обрубит и первое, и второе, а построение экономики "полного цикла широкой номенклатуры" с ширпотреба до хайтека Пекин ещё не завершил.
С другой стороны, очевидно, что Запад не позволит и не даст возможности Пекину завершить цикл системных внутриэкономических перемен, который позволили бы создать полный замкнутый цикл производства с опорой на собственные силы. Инвестиции уже сворачиваются, а рынки, по некоторым оценкам экспертов, закроются приблизительно через пять лет, когда США взрастят другого "бычка на откорм" – Индию. И закроются они резко, в течение 1-1,5 лет. Но если энергия, основной экспортный товар России, нужна всем, то ширпотреб - нет. И если скважины могут работать практически сами по себе, то если нет сбыта ширпотреба, фабрики закроются и начнётся массовая безработица, а это социальный взрыв.
Поэтому, конечно, с экономической точки зрения Китай очень сильно привязан к Западу. Но если посмотреть на опыт России за последний год, то это тот фактор, с которым можно справиться. Если решён вопрос национальной безопасности. А вот если в обеспечении национальной безопасности образуется огромная дыра, а именно так и будет, если Запад победит Россию на Украине, то тогда вся национальная экономика – не будет иметь никакого значения, придётся униженно подписывать акт капитуляции, просить не бомбить сильно и работать на "белого господина" от заката до обеда.
Поэтому, несмотря на то, что с экономической точки зрения кажется, что у Пекина ещё есть время, лет 5-7 на то, чтобы спокойно работать с Западом и получать свои немалые выгоды от этого сотрудничества, и только потом, когда внутри всё будет готово, начать готовиться к противостоянию с ним, рассмотрение этой же дилеммы с точки зрения обеспечения национальной безопасности говорит о том, что этого времени нет – всё решается сегодня.
Как видно из представленного анализа, с точки зрения экономики, Россия для Китая – временный попутчик. Если же говорить с точки зрения национальной безопасности, то без России Китай станет следующей целью блока НАТО.