У промышленников Петербурга, кажется, зацементировались две глобальные проблемы: нехватка кадров и износ производственной базы. Росстат только по отношению к научным институтам и конструкторским бюро насчитал 59-69% износа машин и оборудования, о людских ресурсах и говорить не стоит – пополнение сотрудников заводов уже начали высматривать в рядах зеков и бомжей.
На этом фоне перед чиновниками Смольного, в частности, главой комитета по промышленной политике, инновациям и торговле Кириллом Соловейчиком, стоит нетривиальная задача: как распределить нагрузку таким образом, чтобы не убить остатки импортных станков и не отпугнуть ценных инженеров. Причем, решение, кажется, маячит на горизонте – основные силы бросить на самые нужные для экономики продукты, а остальное поддерживать в рабочем состоянии за счет переработки старой электроники.
В этом случае с машинной ресурсной базой промышленникам, которые фактически отрезаны от поставок импортного оборудования санкциями, решило подсобить Минприроды. Электронику на заводы, похоже, ведомстве планируют добывать со свалок и перерабатывающих заводов. Причем, нормативы по использованию материалов, получивших вторую жизнь – довольно жесткие: на выброс должно идти минимальное число деталей.
Так, соответствующий приказ Минприроды, который вводит новые правила переработки электроники, вступает в силу с 1 сентября и будет действовать до 2028 года. По данным приказа, после вступления изменений в силу доля переработанных материалов при производстве электроники должна составлять 85%.
Получается практически безотходное производство. Пока, по данным Экополиса на 2021 год, в России образовывалось ежегодно около 1,4 млн именно электронных отходов. Причем 70% из них копятся у физических лиц, а не компаний. Более того, Экополис приводит данные, что основной массив сломанной электроники захороняется, а не перерабатывается. Можно предположить, что предприятиям в период действия приказа придется позаботиться о пересмотре своих производственных планов.
Если раньше, корпорации, кажется, были, наоборот, заинтересованы в крайне ограниченном сроке жизни техники: одна вещь сломалась – повод купить новую, а значит возможность бизнесу заработать. То теперь ситуация изменилась: и инженеры, и станки — на вес золота, растрачивать их ресурс на маркетинговые ходы, вероятно, никто не рискнет. Поэтому логично, что министерство природных ресурсов под руководством Александра Козлова озаботилось максимальным сохранением комплектующих после переработки. Правда, Козлов, судя по его биографии, опубликованной на сайте ведомства, больше в своей карьере занимался углем, а не электроникой, но, вероятно, развитию экологических инициатив это не помешает.
В целом, кажется, что инициатива явно придется к месту. Однако статистика подсказывает, что и предприятиям, и переработчикам, и, собственно, потребителям электроники, придется делать скачок к осознанному обращению с отходами. Зато откроются широкие возможности для развития бизнеса коллекционеров крупногабаритного мусора. А с населением, которое поставляет на свалки стиральные машины, телефоны или телевизоры, можно работать в ключе, что на мусоре тоже можно заработать, на поход в элитный ресторан точно хватит. Причем, Мойка78 изучила сайты компаний, которые уже предоставляют услуги по переработке электронного мусора. В большинстве случаев они действительно гарантируют выплаты за технику. Однако проблема состоит в том, что некоторые игроки рынка переработки, судя по их сайтам, обрабатывают отходы вручную. То есть расширение компонентной базы из утилизированных материалов рискует снова обострить потребность в новых кадрах.
Впрочем, полигоном для подобных экспериментов обычно становятся крупные мегаполисы. В общем, остается только наблюдать, кто приблизится к нормативам быстрее и где начнется бурное развитие перерабатывающих автоматизированных производств – в Москве или Петербурге.