В одной из предыдущих статей мы рассматривали случай из судебной практики, когда ликвидация организации происходила при наличии требования об уплате долга. В данной статье рассмотрим дело, в котором ликвидационные действия проводились в отношении организации, к которой у кредитора был на руках исполнительный лист на взыскание денежных средств.
Согласно материалам дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-221246/2016 с организации в пользу истца были взысканы денежные средства. На основании вступившего в законную силу судебного акта, выдан исполнительный лист для принудительного исполнения. Лист был возвращен банком с отметкой об отсутствии средств на счете должника. Впоследствии на основании решения регистрирующего органа организация была исключена из ЕГРЮЛ в соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ, как фактически прекратившая деятельность, в связи с тем, что в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом решения, юридическим лицом не представлялись документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, и не осуществлялись операции хотя бы по одному банковскому счету. Ссылаясь на то, что на момент исключения из ЕГРЮЛ органзация имела неисполненное обязательство, подтвержденное вступившим в законную силу решением суда по делу №А40-221246/2016, в результате чего истцу причинены убытки, он обратился в суд с требованием о привлечении генерального директора организации к субсидиарной ответственности. В первой инстанции Арбитражный суд г. Москвы по делу № А40-132510/2020 удовлетворил требования истца, в апелляции решение было отменено. Кассационная инстанция поддержала позицию апелляционной инстанции.
При рассмотрении дела судом было отмечено, что:
Руководствуясь статьей 53.1 ГК РФ, пунктом 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица"истец не представил каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиком действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа. Дополнительные гарантии кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ в административном порядке, предусмотрены пунктом 3 статьи 64.2 ГК РФ, согласно которому исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ. Взыскатель, не получивший исполнения по исполнительному документу, имеет возможность обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право, в соответствии с пунктом 5.2 статьи 64 ГК РФ, если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов (п. 39 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации N 50 от 17.11.2015). Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, для кредиторов юридических лиц, ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. По правилам названной нормы одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1ГК РФ.
Таким образом, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Приведенная правовая позиция неоднократно выражена высшей судебной инстанцией в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980 и др. Должны быть установлены конкретные обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен, а также, что ответчик предпринимал меры к уклонению от исполнения обязательств и решения суда, принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения; именно действия (бездействия) ответчика, а не иные обстоятельства явились причиной финансового положения общества, неисполнения обязательств.