Хозяйственная жизнь Спарты отличалась от экономики Афин во многих отношениях. Спартанская экономика, стремясь к автаркии, желала самостоятельно удовлетворять свои потребности в различных товарах. Земледелие было основным сектором экономики в Спарте, которое в дальнейшем только увеличило тенденцию к развитию экономики изолированного типа. Автаркия означала, что сельскохозяйственные отрасли будут развиваться стабильно, но при этом не имея ориентации на внешний рынок, что обусловило зависимость их уровня хозяйственного развития только от внутренних потребностей.
Говоря об особенностях спартанского ремесленного производства, как показывают археологические и текстовые источники, постепенный упадок лаконской художественной традиции начался примерно в VII веке до н.э., исчезли маски из терракоты, янтарь, золото, но согласно Плутарху, необходимые и обычные предметы, такие как кровать, стулья, столы, одежда, оружие начали изготавливаться у них превосходным образом. Плутарх также подчёркивает, что одной из реформ Ликурга было то, что крыши домов должны были делаться только топорами, а двери — пилами [6[1]].
Однако на наш современный взгляд, из этого нельзя сделать окончательный вывод, что мастерство плотников и столяров упало. Напротив, эти сообщения можно интерпретировать как свидетельство существования в Лаконии специализированной школы этих ремесел. Наряду с коринфской и сицилийской техникой черепичной кровли, в Греции довольно широко использовалась лаконская архитектурная терракота, которая отличалась особым типом солены и калиптры.
В контексте сокращения производства лаконской расписной керамики интересно отметить, что Критий, глава Тридцати тиранов, высоко оценил “лаконский хлопок” как незаменимую вещь в походах. Главным аргументом в пользу тезиса о том, что спартанская торговля не развивалась до конца, а стояла на месте, являются исторические доказательства о ликвидации чеканки золотых, серебряных монет и заменой их на железные оболы.
Согласно античной традиции, железные оболы были введены законодателем Ликургом как некое препятствие для обогащения граждан за счёт торговли. Причина, по которой неудобная монета так долго оставалась в обращении, заключалась в поддержании однородности “общины равных”. Хотя если такая ситуация не удовлетворяла экономическую систему мелких и средних фермерских и ремесленных хозяйств, то эта система должна была самостоятельно найти выход из сложившиеся ситуации. Согласно Геродоту, после битвы при Платее илоты, собиравшие военные трофеи по приказу Павсания, украли много драгоценностей и потом продали их эгинцам. Похоже, что наряду с официальными оболами в Спарте обращались и другие монеты, в частности эгийские [7[2]]. В 223 году до н.э., в рамках проводимых реформ Клеомена III илоты получили свободу, уплатив 5 аттических мин. Ксенофонт рассказывает, как в Спарте “в древние времена” тщательно искали золотые и серебряные монеты. Если бы преобладали железные гвозди, то искать было бы нечего. Всё вышесказанное свидетельствует о том, что товарно-денежные отношения в Спарте не были крайне неразвитыми, а представляли собой вполне работоспособную систему внутри-регионального товарообмена.
[1] Плутарх. Сравнительные жизнеописания / изд. Подготовили С. С. Аверинцев, М. Л. Гаспаров, С. П. Маркиш. – Т. 1–2. – М., 1994. – с 205.
[2] Раш С. М. Военная история Спарты. Стратегия, тактика, походы и битвы (550-362 гг. до н.э.). – М.: Евразия, 2017. – с 388.