C Зои Лионидас, исследователем Средневековья, переводчиком и лингвистом говорим о Жиле Де Рэ. Над ним заносится меч правосудия. Или всё же несправедливое судилище развёртывается? Наблюдаем вместе.
- В прошлой серии было весьма интересный момент. И я, и некоторые наши читатели заподозрили, что сознался Жиль во всем, испугавшись пыток, которые ему грозили. Теперь есть признание. Чего ж дальше судиться?
- Процесс можно было бы считать завершенным, однако, подсудимый явно не желал успокаиваться на достигнутом, и к некоторому удивлению судей, неожиданно потребовал для себя возможности повторить свои признания открыто, перед неизбежной толпой слушателей, на очередном судебном заседании.
- Так. Пока не понимаю логику его действий.
- На сей раз, по версии Жиля де Рэ, причиной его преступлений стало «дурное воспитание» и вседозволенность, к которой он привык уже с детских лет, вслед за чем в адрес присутствовавших отцов и матерей последовало нравоучение, призывавшее их никоим образом не попустительствовать детским капризам, не позволять своим отпрыскам лениться и проводить время в праздности, а также не приучать их к роскоши, чтобы им, не дай Бог – не пришлось повторить путь уже осужденного барона.
Признание Жиля было достаточно длинным, и потребовало объемистой записи в очередном протоколе заседания.
Казалось, что барон упивается кровавыми подробностями своих злодеяний. Перед лицом тех, кто по его милости лишился сыновей и дочерей, барон в подробностях излагал, как приказывал добывать себе красивых детей, каким подвергал их пыткам и издевательствам, и как надругался над уже мертвыми телами.
- Не очень похоже на то, что это говорит человек, чьих показаний добились угрозами.
- Непонятно, зачем потребовалась подобная откровенность, которую отнюдь не требовали законы того времени, разрешавшие подсудимому попросту отвечать «да» или «нет» вслед за тем, как прокурор оглашал бы пункт за пунктом уже загодя произнесенное признание.
Однако, наш герой и в этом случае решил действовать исключительно по собственной прихоти, и конечно же, мнения исследователей касательно причин подобного поведения, диаметрально расходятся.
«Оправдатели» полагают, что барон, понимая, что приговор уже неизбежен и дни его отныне можно будет пересчитать по пальцам, пытался во-первых, снискать себе милость в глазах судей и тем самым избегнуть отлучения перед смертью, и также избегнуть угрозы пытки, в случае, если бы нечто в его поведении и словах не понравилось судьям.
- Ну "вяленький" аргумент. Того, в чем сознался уже выше крыше хватит на казнь. Зачем еще усугублять?
- С другой стороны, последователи, так сказать, «официального» направления, указывают на то, что маньяки всех родов и видов имеют привычку создавать т.н. «коллекции» надолго сохраняя у себя вещи, украшения или даже части тел своих жертв. Делается это зачастую для того, чтобы отсрочить «необходимость» следующего убийства, которое, как прекрасно понимает преступник, связано с немалым риском. Предаваясь всевозможным играм и любованием предметами «коллекции», маньяк вновь мысленно возвращается в ситуацию уже прожитого убийства, и окунается в эмоциональную атмосферу испытанных в тот момент приятных (для себя ощущений). Как известно, подобная «коллекция» (уничтоженная до ареста) существовала и у нашего героя.
- Вот это похоже на правду, такое поведение маньяков даже в кино показывают. А там не врут.
- Не имея возможности убивать или использовать для сублимации свою «коллекцию», Жиль нашел себе средство добиться подобного результата, прилюдно описывая свои преступления, и наслаждаясь неизбежной реакцией толпы.
Но, так или иначе, затянувшееся признание подошло к концу, Жиль добавил к уже сказанному подробности обрядов, которым предавался, назвав имена нескольких шарлатанов, добросовестно морочивших ему голову и не менее добросовестно опустошавших значительно оскудевшую баронскую казну.
Заканчивая заседание, затянувшееся до позднего вечера, прокурор Шапелион предложил судьям избрать день и час для произнесения окончательного приговора, и вслед за тем, как для того был избран день 25 октября и «час вечерни», заседание подошло к своему концу.
- Давайте сразу перенесемся в тот день, чтоб не томиться в ожидании.
- Жиль де Рэ предстал перед церковными и светскими судьями в указанный день в последний раз, и произнесение окончательного решения не заняло много времени, да и сами приговоры были ожидаемы. В согласии с тем, что количеству приговоров следовало равняться количеству преступлений, епископ Малеструа, при согласии инквизитора Блуэна, объявил приговор за ересь, и вероотступничество, вслед за чем последовал приговор за «преступления против нравственности», причем в согласии с обоими преступнику полагалась высшая мера церковного наказания – отлучение.
Светский приговор был не менее краток, и по тогдашнему времени, достаточно гуманен. Жиля де Рэ, обвиняемого, вместе со слугами Этьенном Корильо, по прозвищу Пуату, и Анрие Гриаром следовало повесить, тела их сжечь, и прах уничтожить, лишая таким образом приговоренных права на христианское погребение. Касательно остальных, приговоры, к сожалению, до нашего времени не дошли. Сколь о том можно судить, прочие приспешники преступлений Жиля де Рэ были приговорены к тюремному заключению – пожизненно или на определенный срок.
Закончив свою недолгую речь, Малеструа осведомился у барона, не желает ли он примириться с церковью. Тот немедленно выразил свое согласие, и епископ своей властью снял приговор отлучения, и назначил некоего кармелита по имени Жан Жювениль для того, чтобы принять последнюю исповедь осужденного и освободить его от епитимьи, на которую в любом случае, уже не оставалось времени.
- И вот...
- Казнь Жиля де Рэ и двоих его приспешников была назначена на следующий день – 26 октября 1440 года на 11 часов утра. Местом ее исполнения должен был стать небольшой островок, находившийся в месте слияния Луары и ее притока, реки Мадлен.
А пока немногие оставшиеся часы, Жиль де Рэ посвятил молитвам, исповеди, и наконец, завещанию, в согласии с которым все его имущество отходило единственной дочери – Марии. Свое тело Жиль завещал похоронить в кармелитской церкви, выделил обыкновенные для таких случаев суммы для совершения месс за упокой его души, а также в качестве подношений монастырям и раздачи нищим, вслед за чем поставил окончательную точку… и продолжению следовать.
Продолжение следует, а пока поставьте лайк. Также, следует напомнить нашим читателям, что все части нашего рассказа можно найти здесь, а ещё не забудьте поставить лайк, ну а если не подписались, то самое время.