Алиса и Вадим долго сидели в кабинете, пока охранник не постучал к ним в дверь. Перед этим страж ходил по коридору и злобно звякал ключами, намекая, что центр давно не работает. Вадим проводил девушку, и они договорились встретиться на следующий день. Алиса обещала принести копии документов: разные бумаги, неосмотрительно ею подписанные. Вадим дома нырнул в интернет в надежде найти хоть какие-нибудь зацепки, позволяющие обойти контракт и вернуть ребёнка. Чем больше парень читал, тем серьёзнее становилось его лицо. Закон практически всегда становился на сторону доноров, а уж если биологическая мать собственноручно и в присутствии адвокатов, подписала отказ, шансов оспорить его практически не было.
А, что если диагностировать у ребёнка какую-нибудь серьёзную болезнь? Так-то должностное преступление. Но девяносто процентов болезней лечится деньгами, а Гордеев настолько богат, что не пожалеет ресурсов на ребёнка, да и на первом же этапе никакая болезнь не подтвердится. «Что-то меня не в ту сторону понесло, такие дурацкие мысли лезут в голову», подумал Вадим.
Может быть, придумать Павлику заболевание, передающееся по отцовской линии? У Гордеева, естественно, ничего подобного нет. Опять ерунда. В Москве любая медицинская экспертиза докажет, что ребёнок генетически здоров. Это в каком-нибудь селе, где до ближайшего медпункта ехать три дня и три ночи такое бы прокатило. Да там достаточно просто сказать «Да сынок-то не от тебя» и мужик поверит . Нет, это тоже отпадает. Чем больше парень думал, тем больше понимал, что Алискина доверчивость сыграла плохую шутку. Вернуть ребёнка законным путём не было никакой возможности.
На следующий день парень отправил милое приветствие на Ватсап, девушка ответила. Встречи стали регулярными. Алиса, несмотря на свою порхающую и легкомысленную внешность беспечной красотки, оказалась глубоким думающим человеком. Или это на неё так повлияла потеря ребёнка. Вадим всё чаще стал задумываться о том, что хочет видеть девушку в своей жизни постоянно. И однажды они стали близки. Им было хорошо друг с другом. Но частенько красивые глаза девушки наполнялись грустью, как в ту первую встречу в баре. Кстати, Алиса так и не вспомнила своих тогдашних попутчиков. В тот день она была занята выслеживанием Гордеева. Постепенно навязчивые мысли о том, как вернуть ребёнка, отошли на второй план. Пара начала планировать совместное будущее.
Закончилось лето. И, вот снова на приём к Вадиму пришла мать Гордеева с Павликом. Ребёнок провёл лето на море, но, вернувшись в Москву, прихворнул. Пока дама описывала симптомы, мальчик сидел и безучастно смотрел в одну точку. «Он у вас всегда такой вялый или только сейчас?». И тут бабу прорвало: «Ой, это кошмар какой-то, в основном, сидит, молчит, дома полная игровая электроники, любые развлечения, Александр столько денег на него тратит, ничего не жалеет. И зачем он только связался с той девчонкой. Там, видать, такая наследственность… Мальчишка, прям аутист какой-то. Жена-то Сашина не может детей иметь, вот и подвернулась ему та Алиска». «Так получается, отец сразу запланировал забрать ребёнка?» «Ой, не знаю я, спрашивайте у Александра». Женщина поняла, что сболтнула лишнее.
«Так может, ребёнок тоскует по маме?» В этот момент, услышав слово «мама», мальчик встрепенулся. «Да нет у него никакой мамы, Светлане, тоже не приглянулся». И, вдруг Павлик соскочил с места и как прошлый раз отчаянно закричал: «У меня есть мама, есть, есть…»
Продолжение следует…