Еще два года назад в экономике Соединенных Штатов все было отлично — деньги печатались, доходы компаний били рекорды, а зарплаты простых американцев росли как на дрожжах. В таких тепличных условиях следовать модной повестке было проще простого — практически в каждой корпорации появился свой «директор по разнообразию и инклюзивности», который отвечал за соблюдение расово-гендерных квот. Подобное корпоративное управление активно навязывалось крупнейшими американскими фондами — тот же BlackRock инвестировал лишь в «прогрессивные» компании, где приверженность либеральным принципам стояла наравне с получением прибыли. И никого особо не волновало, справятся ли идеологически правильные сотрудники со своими обязанностями — отрицательная селекция кадров лишь набирала обороты и превратилась в системное явление. Когда экономика накачана деньгами, то минусы такой политики просто не ощущаются — в кресле директора может сидеть даже обезьяна, а бизнес все равно будет процветать и приносить доход. Но