Монголо-татарское нашествие на Русь
Чингис-хан (Темучжин) – сын племенного вождя-неудачника, благодаря своему таланту и удаче стал основателем великой империи монголов и где натиском и мужеством, а где хитростью и обманом сумел истребить или подчинить многих ханов кочевых татарских и монгольских племен. Он провел военную реформу, резко усилившую мощь войска. В 1205 г. на курултае Темучжина провозгласили Чингис-ханом ("Великим ханом"). Ему удалось разбить китайские войска, и в 1213 г. монголы взяли Пекин. Тогда же Чингис-хан принял на вооружение многие военные достижения китайцев. Его армия имела непревзойденную кавалерию, совершенные осадные машины, а также прекрасную разведку. Так никем и не побежденный, Чингис-хан умер в 1227 г. После этого монголо-татары начали грандиозное наступление на Запад. В начале 1220-х гг. новые завоеватели ворвались в причерноморские степи и погнали из них половцев. Половецкий хан Котян позвал на помощь русских князей. Он пришел к своему зятю, галицкому князю Мстиславу, и сказал: "Нашу землю отняли сегодня, а вашу завтра возьмут, обороните нас. Если не поможете нам, мы ныне иссечены будем, а вы завтра иссечены будете!" Русские князья, собравшись в Киеве, согласно летописи, долго рядили, пока не пришли к выводу: "Так им, безбожным и злым половцам, и надо, но если мы, братья, им не поможем, то половцы передадутся татарам и их сила будет больше". Весной 1223 г. русская рать выступила в поход. Приход завоевателей из неведомых степей, их жизнь в юртах, странные обычаи, необыкновенная жестокость – все это показалось христианам началом конца света. "В тот год, – записал летописец под 1223 г., – пришли народы, о которых никто не знает точно – кто они и откуда пришли и каков язык их, и какого племени, и что за вера их. И зовут их татарами…"
В сражении на реке Калке 31 мая 1223 г. русские и половецкие полки ожидал страшный, невиданный разгром. Такой "злой сечи", позорного бегства и жестокой резни побежденных Русь еще не знала от своего начала. Победители казнили всех пленных, причем взятых в плен князей – с особой жестокостью: их связали, бросили на землю, а сверху положили настил из досок и на этом помосте устроили веселый пир победителей, предав тем самым несчастных мучительной смерти от удушья.
Затем Орда двинулась к Киеву, безжалостно убивая всех, кто попадался на глаза. Но вскоре монголо-татары неожиданно повернули назад в степь. "Откуда взялись, не знаем, и куда делись, не ведаем", – записал летописец.
Страшный урок не пошел на пользу Руси – князья по-прежнему враждовали друг с другом. Как писал Н. М. Карамзин, "селения, опустошенные татарами на восточных берегах Днепра, еще дымились в развалинах; отцы, матери, друзья оплакивали убитых, но легкомысленный народ совершенно успокоился, ибо минувшее зло казалось ему последним".
Наступило затишье. Но спустя 12 лет монголо-татары вновь пришли из своих степей. В 1236 г. они под началом любимого внука Чингис-хана, Бату-хана, разгромили Волжскую Булгарию. Ее столица, другие города и села исчезли с лица земли навсегда. Тогда же началась и последняя "охота" монголо-татар на половцев. По всему огромному пространству степей, от Волги до Кавказа и Черного моря, двинулась облава: тысячи всадников цепью охватывали огромные территории в кольцо и начинали его сужать непрерывно, днем и ночью. Всех степняков, оказавшихся внутри кольца, как зверей, жестоко убивали. В этой невиданной облаве погибли половцы, кипчаки и другие степные народы и племена – все поголовно: мужчины, дети, старики, женщины. Как писал проезжавший несколько лет спустя по Половецкой степи французский путешественник Рубрук: "В Комании (земле половцев) мы нашли многочисленные головы и кости мертвых людей, лежащие на земле подобно навозу".
А потом наступил черед Руси. Решение о покорении Руси приняли еще на курултае 1227 г., когда великий хан Угедей поставил перед своим народом цель: "Завладеть странами Булгара, Асов (осетин. – Е. А.) и Руси, которые находились по соседству становища Бату, и не были еще покорены, и гордились своей многочисленностью". Поход на Русь в 1237 г. возглавил Бату-хан вместе с 14 потомками Чингиса. Войско составляло 150 тыс. человек. Люди не помнили страшнее зрелища, чем это вторжение степняков. Как пишет летописец, шум был таков, что "от множества войска земля стонала и гудела, а от многочисленности и шума полчищ столбенели дикие звери и хищные животные".
Гибель Северо-Восточной Руси
На границах Русской земли, точнее в Рязанском княжестве, врагов встречало войско местного князя Юрия Игоревича. Вначале Юрий послал к Бату своего сына Федора с посольством и дарами, прося оставить в покое Рязанскую землю. Приняв дары, Бату приказал перебить посланников рязанского князя. Потом в "злой и ужасной сечи" князь, его братья, удельные князья, бояре и все "воины удальцы и резвецы рязанские… все как равные пали, все одну чашу смертную испили. Ни один из них не возвратился вспять: все вместе мертвые лежат", – заключает летописец. После этого войска Бату подошли к Рязани и, верные своей тактике, начали непрерывный – днем и ночью – штурм сильных укреплений Рязани. Измотав защитников, 21 декабря 1237 г. враги ворвались в город. На улицах началась резня, а искавшие спасения в церкви женщины были там заживо сожжены. Страшные следы этой резни (проломленные черепа, иссеченные саблями кости, наконечники стрел, торчащие в позвонках) археологи до сих пор находят на развалинах так и не возродившегося никогда города – современная Рязань возникла уже на новом месте.
Князья не сумели организовать совместную оборону Руси от нашествия. Каждый из них, бессильный против опытного и многочисленного врага, мужественно погибал в одиночку. История сохранила немало подвигов русских воинов вроде Евпатия Коловрата, рязанского богатыря, который собрал уцелевшие остатки рязанских дружин (около 1600 человек) и отважно ударил в тыл уходившему от сожженной Рязани врагу. С большим трудом, закидав русских камнями из метательных орудий, монголо-татары справились с "крепкоруким и дерзким сердцем львояростным Евпатием".
Пример подлинного героизма показал маленький город Козельск, защитники которого за деревянными стенами целых два месяца сопротивлялись завоевателям, а потом все как один погибли в рукопашном бою на стенах и улицах города, названного монголо-татарами "злым". Кровопролитие оказалось таким страшным, что, согласно летописи, 12-летний князь Козельский Василий утонул в потоке крови. Отважно сражались с противником и объединенные русские войска, собравшиеся под Коломной в январе 1238 г. На битву пришли даже новгородцы, чего никогда не случалось раньше, – видно, осознание страшной угрозы дошло и до гордого Новгорода. Но монголо-татары и в этой битве взяли верх, несмотря на то что русским воинам удалось впервые убить одного из Чингизидов – хана Кулькана. После Коломны пала Москва, по льду замерзших рек завоеватели, как страшный селевой поток, устремились к златоглавому Владимиру. Для устрашения защитников столицы монголо-татары вывели под стены города тысячи обнаженных пленных, которых стали жестоко избивать плетьми. 7 февраля 1238 г. Владимир пал, семья князя Юрия и множество горожан были заживо сожжены в Успенском соборе. Потом подверглись разгрому почти все города Северо-Востока: Ростов, Углич, Ярославль, Юрьев-Польской, Переславль, Тверь, Кашин, Дмитров и т. д. "И текла кровь христианская как река сильная", – восклицал летописец.
Сохранилось немало примеров героизма и мужества проявленных в тот страшный 1237 год, но есть много горьких историй о бездарной гибели без пользы для страны и ущерба для врага. В марте 1238 г. в сражении против хана Бурундая на реке Сить погиб с дружиной и владимирский князь Юрий Всеволодович. Он пытался оказать сопротивление, но пал жертвой своей неопытности и беспечности. Сторожевая служба в его войске не была организована, полки стояли по удаленным друг от друга деревням. Татары подошли к главному лагерю русских внезапно. Сторожевой отряд, которому полагалось встречать врага на дальних подступах, отправился в поход слишком поздно и неожиданно столкнулся с полками Орды прямо у ворот своего лагеря. Началось сражение, которое было русскими безнадежно проиграно. Отрубленную голову великого князя Юрия враги забрали с собой – обычно кочевники делали из таких трофеев победную чашу. Тех русских пленных, кого монголо-татары не убили сразу, приканчивал холод – мороз в те дни стоял страшный.
5 марта пал тщетно умолявший новгородцев о помощи Торжок, и Бату двинулся, "посекая людей, как траву", на Новгород. Но не дойдя до города ста верст, татары повернули на юг. Все расценили это как чудо, спасшее Новгород, – ведь тогда уже не было морозов, не началось и половодье. Современники считали, что "поганого" Бату остановило видение креста на небе. Но уже ничто не помешало ему перед воротами "матери городов русских" – Киева.
Какие чувства испытывали тогда люди, видя, как гибнет их родина под копытами монгольских коней, хорошо передал автор дошедшего до нас лишь частично произведения "Слово о погибели Русской земли", написанного сразу же после нашествия монголо-татар на Русь. Кажется, что автор писал его своими слезами и кровью – так страдал он от мысли о несчастии своей родины, так жаль ему было русских людей, Русь, попавшую в страшную "облаву" неведомых врагов. Прошлое, домонгольское, время кажется ему милым и добрым, а страна вспоминается только цветущей и счастливой. Сердце читателя должно сжаться от печали и любви при словах: "О, светло светлая и украсно украшена, земля Руськая! И многыми красотами удивлена еси: озеры многыми удивлена еси, реками и кладязьми (источниками. – Е. А.) месточестьными (почитаемыми. – Е. А.), горами, крутыми холми, высокыми дубравоми, чистыми польми, дивными зверьми, различными птицами, бещисленными городы великыми, селы дивными, винограды (садами. – Е. А.) обителными, домы церковьными и князьми грозными, бояры честными, вельможами многами. Всего еси исполнена земля Руская, о прававерьная вера хрестияньская!"
Крушение Киевского златостола
Весной 1239 г. Бату двинулся на Южную Русь. Сначала пал Переяславль Южный, а потом в огне погиб Чернигов. Нет слов, чтобы передать масштабы катастрофы этих славных русских городов: цветущий, населенный Переяславль долго потом называли "градом без людей", а сожженный врагом Чернигов достиг своих домонгольских пределов лишь в XVIII в., 500 лет спустя! Такая же судьба ждала и Киев. К моменту прихода монголо-татар он уже утратил свое гордое могущество. В конце XII – начале XIII в. за обладание им шла непрерывная борьба князей. В 1194 г. внук Мономаха князь Рюрик Ростиславич овладел Киевским столом, откуда его в 1202 г. согнал его же зять, упомянутый выше волынский князь, лихой Роман Мстиславич. Рюрику удалось вновь отбить Киев и ограбить его. В 1204 г. Роман решил успокоить буйного тестя оригинальным способом: насильно постриг его в монахи. Тот через год, сбросив рясу, бежал из монастыря и снова силой вернул Киев. При этом ему приходилось отбиваться не только от зятя, но и от других кандидатов на Киевский стол. И эта свистопляска продолжалась до тех пор, пока монголо-татары не поставили свою страшную точку в этой борьбе.
Первые отряды хана Менгу подошли к Киеву в начале 1240 г. Красота великого города поразила врагов, и Менгу направил послов, которые предложили сидевшему тогда в Киеве с 1235 г. князю Михаилу Всеволодовичу сдаться без боя. Тот перебил послов. Монголо-татары отошли в степь, отложив штурм города на другое время. Предоставленной передышкой киевский князь не воспользовался, город не укрепил, а вскоре сам бежал из Киева, изгнанный знаменитым Даниилом Романовичем Галицким.
Когда осенью 1240 г. хан Бату подошел к Днепру, ни великого воина Даниила, ни других русских князей с их дружинами в городе не было – они ушли из Киева в свои княжества. Столица Древней Руси стояла обреченная на гибель. И все же горожане 9 дней отчаянно сопротивлялись врагу. Последние из них погибли во время штурма под обломками рухнувшей от ударов монгольских стенобитных машин Десятинной церкви. Много столетий спустя археологи нашли следы сопротивления и подвига киевлян: останки горожанина, буквально утыканные татарскими стрелами, а также скелет другого человека, который, прикрывая собой ребенка (или женщину), погиб вместе с ним.
Страшная судьба Киева постигла и другие города. "И не было во Владимире (Волынском) никого, кто бы остался жив", – записал летописец. О том, как погибли многие города, нам вообще ничего не известно.
Печальны находки археологов в Волынской и Галицкой землях: утрамбованные временем пепел и уголь страшных пожаров, человеческие скелеты с разрубленными костями да черепа, пробитые большими железными гвоздями…
Бежавшие из Руси от татар несли в Европу страшные вести об ужасах нашествия. Говорили, что при осаде городов татары забрасывают крыши домов жиром убитых ими людей, а потом пускают "греческий огонь", который от этого хорошо горел.
Германский император Фридрих II призывал Европу: "Мы считали опасность отдаленной, когда между врагом и нами находилось столько храбрых народов и князей. Но теперь, когда одни из этих князей погибли, а другие обращены в рабство, теперь пришла наша очередь стать оплотом христианства против свирепого неприятеля".
В 1241 г. монголо-татары устремились в Польшу и Венгрию. В битве при Лигнице 9 апреля объединенные силы чехов, поляков и немцев потерпели страшное поражение, а 12 апреля была разбита на реке Сайо армия венгров. Запылали города и села Венгрии, Польши, Силезии и других стран. Татарские всадники вышли к берегам Адриатики в районе Дубровника (ныне Хорватия). Соединенные силы Чехии и Австрии ждали врага по дороге на Вену, но монголо-татары не двинулись этим путем. Через Болгарию они ушли из Европы, узнав, что в Монголии умер хан Угедей. После этого Бату решил основать свое государство в низовьях Волги.
Начало монголо-татарского ига
Последствия разгрома Руси монголо-татарами в 1237-1240 гг. оказались ужасными, многие потери – невосполнимыми. В те годы исторический путь Руси круто и резко изменился, страна вошла в иное, страшное время. В борьбе с монголо-татарами погибло множество русских князей и знатных бояр, что роковым образом повлияло на развитие русского правящего класса в более позднюю эпоху. После колоссальных потерь старой княжеской знати элита стала формироваться не из древней, гордой своим происхождением и знатностью древнерусской аристократии, а из низших дружинников и служителей княжеского двора, в том числе несвободных. И это происходило в условиях типичного восточного гнета монголо-татарских завоевателей. Все это наложило свой рабский отпечаток на политику русских князей, на менталитет верхушки, нравы народа.
После гибели Юрия его немолодой, 53-летний брат, князь Ярослав Всеволодович, бывший в это время в разоренном Киеве, вернулся в 1243 г. на родину в Залесье и сел на пустовавший Владимирский стол. Тяжелая судьба ожидала его – ведь с этих времен установилось полное господство (иго) Золотой Орды над Русью. В тот год Бату, основавший в низовьях Волги город Сарай-Бату, вызвал к себе князя Ярослава и признал его великим князем Владимирским – своим данником. По ордынской иерархии русские великие князья приравнивались к бекам (эмирам). Отныне русский великий князь лишался суверенитета, становился рабом, данником хана и должен был, встав на колени перед царем (так называли на Руси хана), получить ярлык на княжение.
Ярлык – это позолоченная пластинка с отверстием, позволявшим вешать ее на шею. Возможно, ярлык привешивался также к удостоверяющей его грамоте, ибо позже ярлыком называли жалованные грамоты ханов данникам, а также их послания. К сожалению, ни один из выданных русским князьям в Орде ярлыков до наших времен не дошел. Из ярлыков-посланий известен ярлык Едигея великому князю Василию II Дмитриевичу (декабрь 1408 г.), а также ярлык Ахмата Ивану III.
Ханы свободно распоряжались ярлыком, могли в любой момент его отобрать у одного князя и передать другому. Порой монголо-татары умышленно стравливали русских князей в борьбе за золотой ярлык, стремясь не допустить ни излишнего усиления великого князя, ни чрезмерного его ослабления за счет власти удельных князей. Русские князья годами жили в Орде, заискивая перед мурзами и угождая ханским женам, чтобы вымолить у "великого царя" себе хоть какую-нибудь землю – "отчину".
Так, в конце XV в. суздальский князь Семен Дмитриевич прожил в Орде 8 лет, да так и не добился ярлыка на вожделенное Нижегородское княжение, бывшее в руках московского князя. Когда в 1401 г. московские войска захватили его семью, то пришлось ехать Семену с поклоном в Москву, а потом удовольствоваться дальней Вяткой, где он и умер. Словом, злорадно писал московский летописец, князь Семен "много трудов принял, не обретя покоя ногам своим, и не достиг ничего, все всуе стараясь". Со всех русских подданных ханские сборщики (а потом уже и великие князья) взимали десятую часть всех доходов – так называемый "ордынский выход".
Налог этот был тяжким бременем для Руси. Неподчинение ханской воле приводило к карательным набегам Орды на русские города, которые подвергались полному разгрому, а их жителей монголо-татары поголовно уводили в полон.
Александр Невский и его братья
После смерти князя Ярослава, которого вызвали в Монголию, в Каракорум, и там в 1246 г. отравили, великим князем стал его старший сын Святослав Ярославич. Однако правил он недолго, через 2 года его согнал с Владимирского стола пришедший с юга князь Михаил Ярославич Хоробрит, который вскоре сам погиб в битве с литовцами на реке Протве. И вот тогда Бату признал великим князем Владимирским Александра Ярославича Невского, но приказал ему вместе с братом Андреем ехать на поклон в Монголию, к верховной ханше всех монголов Огул Гамиш. Ханша изменила решение Бату: великим Владимирским князем признала Андрея Ярославича, а Александру Ярославичу передала Киев. В тот момент монголо-татары делали в своей политике ставку на образование в большом "Русском улусе" двух великих княжеств – Владимирского и Киевского. Но, вернувшись на Русь, Александр Ярославич не подчинился ханше и уехал в Новгород. Возможно, Александру не хотелось жить в Киеве – разоренном, утратившем все свое величие и оказавшемся в сфере влияния галицко-волынских князей. Александр был политиком-реалистом, а между тем новгородцы звали его к себе – такой князь-воин и дипломат Новгороду был очень нужен.
Александр родился в 1220 г. и рано повзрослел – уже в 15 лет он стал новгородским князем. С ранних лет Александр не выпускал меча из рук и уже 19-летним юношей победил шведов на берегу Невы в 1240 г. в славной на Руси Невской битве. Князь был мужествен (его назвали "Храбрым" даже раньше, чем "Невским"), хорош собой, высок ростом, голос его, по словам летописца, "гремел перед народом, как труба".
В тяжелое время довелось Александру жить и править Русью: обезлюдевшая страна, общий упадок и уныние, тяжкая власть иноземного завоевателя. Но умный Александр, годами имея дело с татарами, живя в Орде, постиг искусство раболепного поклонения: он умел ползать на коленях в ханской юрте, знал, как дарить подарки влиятельным ханшам и мурзам, усвоил навыки придворной интриги, был суров и жесток со своими врагами. И все это для того, чтобы выжить и спасти свой стол, народ, Русь, чтобы, пользуясь властью, данной "царем", подчинить других князей, подавить вольнолюбие народного веча.
Невская битва
Злые языки утверждают, что никакой Невской битвы 15 мая 1240 г. не было и в помине, что она придумана автором "Жития Александра Невского" много десятилетий спустя. Действительно, в скандинавских источниках нет ни малейшего упоминания о побоище, а тем более о сокрушительном поражении на берегах Невы шведов, норвежцев и финнов во главе с королем, которому Александр, согласно русским источникам, якобы "возложил печать на лицо острым своим копьем". Как утверждают историки-скандинавы, шведского короля Эрика Эрикссена на невском берегу тогда не было, а у норвежцев зрела усобица – король Хакон Хаконссен подавлял мятеж герцога Скуле Бардссона, и ему явно было не до походов на Русь. Что же произошло на самом деле?
Можно с уверенностью сказать, что поход небольшого отряда скандинавов в рамках крестовых походов в Финляндию в 1240 г. действительно состоялся. Произошло и сражение между ними и новгородцами на берегу Невы. Но значение битвы оказалось сильно раздуто 50 лет спустя, в конце XIII – начале XIV в., когда началось массированное и довольно успешное наступление шведов на Русь. С большим трудом Новгороду удалось остановить захватчиков. В этом новгородцам помогла построенная в 1322 г. мощная крепость Орешек в устье Невы. Там же они в 1323 г. и заключили со шведами мир. В то тяжелое время победное сражение Александра со шведами в 1240 г. было использовано для воодушевления общества. Потом оно стало, наряду с Ледовым побоищем 1242 г., символом успешной борьбы с Западом.
Ледовое побоище
Вся жизнь Александра Ярославича была связана с Новгородом, в котором он княжил с детских лет. До этого здесь княжил его отец, которому новгородцы, кстати, не раз "показывали путь чист". В Новгороде Александр пережил лихие времена Батыева нашествия на Русь. Здесь в 1238 г. он женился на полоцкой княжне Александре Брячиславне. Александр с честью защищал земли Новгорода от шведов и немцев, но, выполняя волю хана Бату, ставшего его побратимом, карал недовольных татарским гнетом новгородцев. С ними у Александра – князя, отчасти перенявшего татарскую манеру властвовать, – отношения складывались неровные, подчас тяжелые. Он упорно проводил политику Золотой Орды, требовал регулярной уплаты дани завоевателям, ссорился с новгородцами и в обиде уезжал в Залесье.
В начале 1240-х гг. обострились отношения Пскова и Новгорода с соседями – немецкими рыцарями, пришедшими из Германии в Восточную Прибалтику в XII в. и образовавшими здесь ордена. Они почти непрерывно вели крестовые походы в направлении "дикой" Литвы, а также земель, заселенных славянскими и угро-финскими племенами. Русь являлась одной из целей крестоносцев. Свое наступление они направили в сторону Пскова, который им даже удалось захватить в 1240 г. Над Новгородом нависла реальная угроза завоевания. Князь Александр с дружиной освободил Псков и 5 апреля 1242 г. на льду Псковского озера в так называемом Ледовом побоище наголову разгромил рыцарей, часть которых утонула в озерных полыньях.
Чувствительное поражение 1242 г. способствовало изменению тактики крестоносцев. Они чаще стали использовать не меч, но слово, чтобы отвратить православных от их "заблуждений". В 1251 г. папа Иннокентий IV с двумя кардиналами – Гальдой и Гемонтом – прислал Александру буллу, в которой утверждал, что отец Александра Ярослав обещал папскому легату Плано Карпини подчинить Русь католической вере. Александр отказался – насколько мягок и уступчив он был в отношениях с татарами (которых вера покоренных и исправно платящих подати народов мало волновала), настолько сурово и непримиримо он относился к Западу и его влиянию.
Известно, что в сценарии знаменитого фильма Сергея Эйзенштейна "Александр Невский" была последняя сцена, которой потом не оказалось в фильме. Она продолжает сцену застолья победителей, когда князь произносит тост и упоминает знаменитую библейскую цитату: "Поднявший меч от меча и погибнет". В это время между пирующими появляется забрызганный грязью гонец, который пробирается к князю и что-то шепчет ему на ухо. Александр покидает застолье, садится на коня и выезжает за ворота Новгородского кремля. В заснеженном поле, насколько хватает глаз, он видит огни и кибитки – к городу подошла Орда. Подъехав к юрте хана, гордый победитель немецких рыцарей слезает с коня, встает на колени и начинает, согласно обычаю, ползти между двух огней ко входу в ханскую юрту…
Этот эпизод якобы был перечеркнут синим сталинским карандашом, и высочайшая резолюция гласила: "Такой хороший человек так поступить не мог! И. Сталин". Но это как раз тот самый случай, когда истинный художник видит историю лучше, чем политик или историк. Подобный поступок Александра в тот момент был продуман и рационален: обескровленные победители немцев татарам сопротивляться не могли, да это противоречило и всей концепции Александра, сделавшего ставку на борьбу с Западом и подчинение монголам. Даниил Галицкий же действовал диаметрально противоположно – по возможности дружил с Западом и бился с Ордой. Каждому свое!
Смерть Александра Невского
лександр Ярославич получил золотой ярлык и стал великим князем Владимирским только в 1252 г., когда великий князь Андрей Ярославич, страшась нового нашествия хана Неврюя, бежал в Швецию. И тогда Александр поехал в Орду и получил от Бату золотой ярлык на Владимирское великое княжение. После смерти Бату в 1255 г. ему пришлось ехать за утверждением ярлыка к новому хану, Улагчи. По его приказу князь Александр помогал татарам собирать дань в Новгороде, жителей которого он не без труда удержал от мятежа против ханских сборщиков. В 1262 г. он в четвертый и последний раз отправился в Монголию к великому хану Беркэ.
Эта последняя поездка в Монголию была особенно трудна для князя Александра. Беркэ требовал от князя Александра направить русские дружины для участия в походе на Иран. Великому князю удалось избавить Русь от этого похода. Как писал венгерский монах Юлиан, воинов завоеванных народов монголо-татары не рассматривали как союзников, а гнали в бой как невольников, и "если даже они хорошо сражаются и побеждают, благодарность невелика. Если погибают в бою, о них нет никакой заботы, но если в бою отступают, то безжалостно умерщвляются татарами. Поэтому, сражаясь, они предпочитают умереть в бою, чем под мечами татар, и сражаются храбрее, чтобы дольше не жить и умереть скорее".
После Александра русские полки так ходили с монголо-татарами в Польшу, а в 1280 г. штурмовали Пекин.
Возвращаясь домой, Александр Невский заболел и 14 ноября 1263 г. умер в Городце на Волге, в Федоровском монастыре. Возможно, он был отравлен монголо-татарами. Перед смертью князь постригся в монахи, надел черную схиму – одежду монаха-отшельника. Так было принято у благочестивых христиан. Его похоронили во Владимире, в Рождественском монастыре. Впоследствии князь Александр Ярославич был канонизирован Русской Православной церковью.