В июле вышло сразу два громких фильмов с Марго Робби: на цифровых платформах появился «Город астероидов», где она играет важный эпизод, а в мировой прокат шагнула «Барби», где австралийской актрисе отведена ведущая роль. Карьерный взлет австралийской актрисы в последние годы было трудно не заметить, но, кажется, в современном голливудском кино ей отводится роль даже куда значительнее. Рассказываем, как ей удалось стать кинодивой с человеческим лицом.
Как всякая история успеха, задним числом прыжок Марго Робби в известность кажется стремительным и непрерывным. Еще вчера — на самом деле десять лет назад — она отпихивала розовым каблучком Леонардо ДиКаприо в «Волке с Уолл-стрит», заявляя, по сути, о себе Голливуду и миру, сегодня — прима в барби-ансамбле Греты Гервиг, звездная гостья в «Городе астероидов» Уэса Андерсона, расхристанная душа в «Вавилоне» Шазелла, дух киноманской магии в образе Шерон Тейт у Тарантино в «Однажды в… Голливуде». И тут даже злым языкам не списать всё на удачу вкупе с «конвенциональной красотой» (тм), которая в суровом шоу-бизнесе дает примерно столько же, сколько отнимает. Один раз — повезло, два — уже система, три — наверное, судьба. Однако интересна не сама востребованность Марго Робби, венчающая её трудолюбие и целеустремленность, но тот диапазон ролей, которые ей предлагают. Пойдем по хронологии эпох: Елизавета I в 1560-е («Две королевы»), самоотверженная супруга лорда Грейстока и императора джунглей в XIX веке («Тарзан. Легенда»), восходящая звезда в Голливуде на заре звукового кино («Вавилон»), Бонни без Клайда в 1930-е («Страна грёз»), девушка с фотоснимка в ретрофутуристическом 1955-м («Город астероидов»), стюардеса и голливудская звезда в 1960-х («Пэн Американ» и «Однажды в… Голливуде»), подруга афериста-гедониста в конце 1980-х («Волк с Уолл-стрит»), помешанная на славе фигуристка из 1990-х («Тоня против всех»). Наконец, вневременные символы — неуёмная Харли Квинн в уже трех фильмах киновселенной DC и Барби в остроумном фильме о социальных нормах, гендерных ролях и поисках себя под слоями пластмассы.
Если часть костюмных ролей еще можно списать на стандартные для актрис выбор и вызов — кто-то же должен играть королев, — то концентрацию заложниц мечты, славы или образа в её фильмографии не объяснишь только цветом волос или ленью кастинг-директоров. Для современного Голливуда Марго Робби настоящая кинодива — лицо из другой эпохи, так пестуемый в шоубизе «идеал». И даже если одни режиссеры примитивно используют её в амплуа, другие готовы отодвинуть маску, выпустив вихрь переживаний, которые сопутствуют славе и вечной публичности. Возможно, Марго Робби пока продемонстрировала не весь имеющийся диапазон (и можно задаться вопросом, так ли он широк, как у Николь Кидман), но органичность в золотых тисках любой эпохи — все-таки не пустой звук. Это грохот водопада, с которым катится одинокая слеза по щеке «стереотипной Барби» в новом фильме Греты Гервиг.