У многих моих читателей двоякое впечатление от рассказа. Но жизнь настолько непредсказуема, что случается всякое, даже такое: женщина не успела развестись, а уже мужчину привела домой. Комментарии отключила.
Катерина стояла у своей входной двери и никак не могла набраться смелости позвонить в звонок или самой открыть дверь ключом. Она стояла, держась одной рукой за дверной косяк, второй сжимая пакет с продуктами. В пуховике было жарко, хотелось снять его как можно быстрее, но Катя стояла неподвижно.
Она на секунду закрыла глаза, в голове сразу возникала та самая картина: Максим обнимает её, целует, они закрываются в подсобке магазина. И тут же сразу, без всяких предисловий, вторая картинка — гинеколог сообщает ей о беременности. Беременности не от мужа.
Катерина вдруг подумала, а что, если сегодня же уложить Игоря в постель и потом сказать, что отец он. Идея безумная, родилась в голове молниеносно и неожиданно. "Нет, нельзя так! Не честно".
Отношения Катерины и её мужа Игоря не ладились. Точнее, отношения были, но вопрос какие. Катя давно жила с мужчиной, который десять лет назад позвал её замуж, как с соседом. Хорошим, добрым, отзывчивым. Их семейную жизнь разделила глупая случайность — шесть лет назад Игорь с друзьями дурачились на даче, отмечали юбилей друга. Конечно, было много алкоголя. Вспоминали армейские дни, как их гонял командир. В какой-то момент решили соревноваться на скорость. Кто быстрее взберётся на обычную деревянную лестницу у банки, тот и выиграл.
Лестница была старая, скрипучая, постоянно трещала, под мужчинами, готовая вот-вот развалиться. Последнего соревнующегося она не выдержала, и им оказался Игорь. Не повезло. Он упал с небольшой высоты, но повис на разломившейся лестнице. Долгое восстановление, несколько операций. Костыли, постоянные перевязки, периодические боли не добавили радости семейной жизни. Супружеский долг воспринимался Катериной как неудобство, необоснованное волнение, об удовольствии не было и речи. Она всё время спрашивала: удобно ли ему, не устал ли он, ей казалось, что ему всё время больно — Игоря это выводило из равновесия и всё быстро заканчивалось. Потом близость становилась всё реже и реже. Игорь давно уже спал на диване, чтобы не будить жену и дочь. Катерина вся ушла в работу, дочь пошла в школу, заботы, дела. И вдруг Максим. Молодой, горячий брюнет, приехавший покорять столицу и она, серая мышь — бухгалтер в магазине.
Почему молодой человек обратил на неё внимание, Катя даже не поняла. Она вышла на обеденном перерыве в отделение банка, долго сидела в очереди, потом помогла пожилой женщине заполнить квитанцию на оплату коммунальных платежей, попутно разговорились. Катя объясняла, как проще оплатить квартплату, как это делает она, а когда выходила из банка, столкнулась с Максимом. На секунду ей показалось, что он её толкнул намеренно. Катя подвернула ногу и чуть не упала. Максим тут же бросил все дела и довёз её до работы. После работы дождался и отвёз домой, в шутливой форме требовал прощения и просил принять его приглашение на обед. И Катерина согласилась. Как всё вышло потом, она даже сама не поняла. Но горячие руки, губы, мягкие прикосновения сделали своё дело. Голова словно отключилась, оставляя всё телу.
Соседка по лестничной площадке тоже возвращалась домой после работы, спросила у Катерины как дела, пожаловалась на плохую погоду. А Катя и рада была поговорить, лишь бы не идти домой.
Дверь открыл муж.
— Слышу, ты с соседкой разговариваешь, давай пакет, — муж забрал продукты и застучал по коридору. Катя сразу очень хотела заменить ламинат на линолеум или даже ковролин, но Игорь всё время находил причины, чтобы этого не делать и уверял, что будет стучать костылём, а после тростью тише. Теперь этот стук стал нервировать.
Катя сморщилась и зашла в квартиру. Запах жареной рыбы быстро достиг её желудка, и Катерина одетая бросилась в ванную комнату.
— Тебя тоже тошнит от этой рыбы, бе? — дочь приоткрыла дверь к матери, но та просто вытолкала Милу и закрыла дверь.
В зеркало на Катерину смотрела совершенно бледная женщина. Худенькая, с близко посаженными серыми глазами, тонкими волосами, убранными в хвост. Словно выжатая тряпка, высушенная на солнце. Катя вытерла лицо и открыла дверь.
— Кать, неужели так плохо пахнет? Рыба свежая, вон и Мила не стала есть, — муж открыл настежь окно на кухне и стал махать полотенцем.
— Воняет, — закивала она, снимая пуховик. — И я беременна, — добавила Катерина сама того не осознавая.
Игорь перестал махать полотенцем, дочь, не понимая сути, захлопала в ладоши. Они стояли и смотрели друг на друга несколько минут. Мила поняла, что происходит что-то серьёзное, и добавив: "Ну ладно, я пошла", скрылась в комнате.
Катерина выдохнула. Больше не нужно скрывать, обманывать, думать как сказать... Завтра она встречается с Максимом и ему сообщит о своём положении.
Муж отвернулся к окну и спросил:
— Развод, ты полюбила кого-то?
— Так всё быстро произошло, Игорь, — она сама не понимала, что с ней происходит, и есть ли у неё такие высокие чувства к этому молодому человеку, поэтому ответила просто, — ребёнку нужен отец.
— Хорошо, я понимал, что рано или поздно это произойдёт, ты ещё молодая...
Катя вдруг поняла, что краснеет. Её вновь тошнило. Только было не понятно от запаха рыбы, проникшего внутрь, или от того, что она сделала.
Максим на удивление спокойно принял новость о беременности Катерины, ей даже показалось, что он словно хотел этого.
— А давай распишемся,— предложил он. — Ребёнок это серьёзно. — Максим нежно коснулся её щеки и улыбнулся. — Разведёшься и распишемся. Будем семьёй. Плохо, нам жить негде, я по друзьям скитаюсь, надо будет думать.
— Я никуда не поеду, квартира моя, подаренная мне бабулей, у меня есть жильё, да и дочка.
— У тебя же однокомнатная. И муж.
Катя пожала плечами.
— Тогда я перееду к тебе. Пропишешь меня и мы распишемся, — словно решил за Катю Максим и вновь улыбнулся. — Тебя подбросить?
— Нет, я ещё работаю, — махнула рукой она и загрустила.
Максим, готовый танцевать, радостно оставил Катерину за столиком кафе и уехал.
Ей тоже нужно было радоваться. Других бросают, когда узнают о ребёнке, а у неё всё иначе. Она даже не развелась с первым мужем, а уже планирует выходить замуж во второй раз.
— Муж! — вспомнила Катя.
Дома с Игорем они долго сидели на кухне, разговаривали. Игорь сидел чернее тучи, его мало интересовала его дальнейшая судьба, он больше расспрашивал о дочери, о том, как будет жить дальше Екатерина.
Но Катя всё больше пожимала плечами и молчала. Она не думал о том, что будет позже.
— Значит так. Развод дам, пожалуйста. Но пока я не удостоверюсь, что этот твой Максим нормальный мужик, я не съеду. И комнату нужно будет разделить. У Милы должен быть свой угол. Она повзрослеет мгновенно, а дома чужой мужчина.
Комната была большая, с высокими потолками. Вообще, квартира от бабушки Кате досталась хорошая. Удобный район, всё близко. Не старые дома, хорошая придомовая территория.
В тот вечер, отправив Катю с дочерью спать, Игорь сел на кухне и принялся чертить планировку, которая устроила бы всех. На следующий день он занялся перестановкой, Мила, как могла, помогала, пока мать была на работе. Вышло неплохо. Два окна решили вопрос просто — Игорь разделил комнату на две практически посередине.
Он попросил соседа с сыном помочь переставить шкаф, в котором хранились вещи взрослых, прислонив одной боковиной к промежутку между окон, а шкаф дочери поставили к нему вплотную, но "лицом" в её часть комнаты. Старая штанга из ванной комнаты тоже пригодилась. На неё Игорь повесил штору и закрыл оставшуюся открытой часть между шкафом и стеной. Дверной проём теперь располагался в комнате матери.
Кровать Милы и свой диван Игорь разместил в комнате дочери. К окну поставили стол. Получилось точно так, как он спроектировал. Во второй комнатке осталась большая кровать, кресло и журнальный столик, даже телевизор не пришлось перевешивать.
Сосед с сыном похвалили даже Игоря.
— Как у тебя хорошо получилось. Дочка растёт, ей свой угол нужен.
Катя восприняла перестановку спокойно. А вот Мила была взволнована.
Она подошла к матери поздно вечером, села на кровать к ней и тихо спросила:
— Мам, папа сказал, что теперь с нами будет жить дядя Максим. И скоро он станет твоим мужем. Мама, а зачем тебе ещё один муж, если у нас есть папа?
Катя видела в полутьме испуганные глаза дочери, готова была, кажется, к любому вопросу, но только не к этому. Сказать, что безумно влюбилась в Максима, она не могла. У Катерины не было ответа на этот вопрос, она просто притянула дочь к себе, прижала и стала гладить по голове:
— Жизнь — сложная штука, Мила. Не всегда есть ответы на вопросы.
Максим пришёл с двумя сумками через неделю. Катя встретила его смущённая. Он осмотрел квартиру, несколько раз присвистнув, а когда зашёл на кухню и увидел Игоря, немного стушевался:
— Я думал, ты съедешь.
— Съеду, когда посчитаю нужным, — поставил на место гостя Игорь.
— А, ну ладно. Катя, а есть что-нибудь поесть, я голоден? — Максим обратился к Катерине громко, хотя она стояла рядом.
— Да, конечно, Игорь, можно я покормлю его?
Игорь застучал тростью. Каждый его шаг эхом звучал в сердце Катерины. Максим же усмехнулся и приобнял её одной рукой, а второй приоткрыл крышку кастрюли.
— Суп я вечером не ем, только второе.
— Второго нет, есть суп, — пожала плечами она.
— Ладно, давай.
Всю следующую ночь Игорь не спал. Он слышал, что шептала Катя, как отвечал ей Максим. Это было слишком невыносимо. Сейчас, только сейчас, Игорь, наконец, осознал, что потерял, что делал не так. Семья — это не только деньги или совместное проживание, это ещё и разговоры, взгляды, связывающие людей, это тепло души и не безразличие. Очень быстро они с женой всё это растеряли. Жили по инерции.
Прошёл месяц, пошёл второй. Как-то вечером Максим пришёл домой пьяным. Игорь сидел за кухонным столом с ноутбуком, работал.
— Ты ещё здесь? Когда ты уже уберёшься отсюда? — почти шипя, брызгал слюной Максим.
— Нас не развели ещё. Так что я пока законный муж и могу здесь находиться, а вот ты!
— Катька, закусить дай! — крикнул Максим так громко, что Игорь даже встал.
— Не смей орать в моём доме.
Катерина прибежала на крики, стала успокаивать обоих.
Игорь хотел было выйти из кухни, но потом достал из холодильника ещё одну бутылку беленькой и поставил на стол.
— Иди, отдыхай, я сам. Давай, выпьем, что ли, Максимка, поговорим.
— О чём мне с тобой разговаривать?
— Да вот хотя бы о том, что мне пора съезжать.
— Да, давай. Давно пора.
И они сели за стол.
Утром, когда Катерина ушла на работу, а Мила в школу, Игорь растолкал Максима:
— Вставай, разговор есть.
Максим что-то бормотал, требовал принести воды или чего крепче, но Игорь не отступал. Вчера за разговором он, наконец, узнал, что на самом деле было нужно Максиму от Кати. Всё банально просто: прописка, жильё, удобная сожительница и, если вдруг фартанёт, а этот вариант вполне подходил, то и половина квартиры после развода. До нужной кондиции Максим дошёл быстро, остальное рассказал сам, даже спрашивать было не нужно. "Что у трезвого в голове, то у пьяного на языке".
— Понимаю, что просто так ты от нас не отстанешь, поэтому предлагаю сделку.
— Чего? Что ты мелешь?
— А то! — Игорь приставил свою трость к горлу Максима. — Есть предложение, от которого ты не откажешься. Договор я составил. Я тебе деньги, а ты сваливаешь и никогда, слышишь, никогда в нашей жизни больше не появляешься. Если попытаешься к моей жене ещё раз подойти, или к будущему ребёнку, то поверь, я в долгу не останусь.
Максим почти сразу протрезвел.
Игорь работал на дому, откладывал на две заветные мечты: на операцию, чтобы вновь ходить без трости, и на расширение жилплощади. Теперь от чего-то придётся отказаться — словно оплатить чек за сохранение семьи. Катерина не знала об этих деньгах, хотел сделать сюрприз. Игорь выбрал второе. Первое касалось только его. А расширение жилплощади давно напрашивалось. Когда родится ребёнок, совсем тесно станет. Вариант выгнать этого проходимца Игорь тоже рассматривал, но могли быть последствия, суды, проще было откупиться сейчас, тем более, Максим был сейчас согласен на всё.
Когда Катерина вернулась домой, Максима уже не было в квартире. Оставленную им записку Катерина читала в одиночестве. Хотя Игорь знал дословно, что там было написано.
— Я всё знаю, — спокойно сказал он, — хотел предложить тебе жить как прежде, но, боюсь, не получится...
— Я всё понимаю, я виновата перед тобой, Игорь, очень виновата, я предательница.
— Мы оба виноваты. И я тоже. Да. Не в меньшей мере. И ты меня прости меня. За то, что не уделял должного внимания.
Катерина опустила взгляд в пол и тяжело вздохнула:
— А как же ребёнок, Игорь?
— Наш будет. Из детского дома люди берут детей, а тут твой. Будто жили мы с тобой, развелись, у тебя от другого мужа ребёнок, а теперь опять я тебя замуж зову. Выйдешь, Кать?
Она бросилась к мужу и обняла. Так крепко, как могла. Понимала, что нужно учиться любить снова. Вспоминать, раз сохранить не удалось. Об этом думал и Игорь.
— И ещё, нам пора расширяться, я немного скопил, думаю, хватит. Давай купим квартиру просторнее?
— Игорь, как это здорово! А не говорил! Слушай, а давай лучше сходим на консультацию к врачу, ну помнишь, к тому, что говорил об операции на ноге? Пока ребёнок маленький, будет не так важно сколько в квартире комнат, а потом накопим.
Игорь ничего не сказал в ответ. И Катерина просто прижалась к нему и молчала. Потому что любовь — это когда в первую очередь думаешь о ближнем, начинаешь её растить с малого.