Всё началось с оладьев и сгущёнки. Уж очень их хотелось. Да так хотелось, что ни о чëм другом я и думать не могла. Как сейчас помню, как после покатушки торопливо замешивала тесто и искала сгущёнку. И, ей-богу, объехала бы весь город, но нашла бы.
К счастью, ехать никуда не пришлось. Сгущёнка ждала меня дома, а оладья румянились на сковороде. И тогда совсем не удивлял тот факт, что я, уставшая и голодная, не самым ранним вечером жарю оладья после не самых простых нескольких десятков километров.
Оладья были вкусными. Даже чересчур вкусными для оладьев, которые я никогда не любила. Возможно, вкусными их делала сгущёнка. А, возможно, они были вкусными сами по себе. Я не думала об этом. Я просто ела.
Утром я тоже жарила оладья. А потом вечером. А потом снова утром. А потом снова вечером. Я бы жарила их и днём, но днём я каталась по смоленским окрестностям и мечтала об оладьях.
А потом я почувствовала себя неважно и оладьев уже не хотелось. Хотелось провалиться сквозь землю от бессилия. И хотелось метать громы и молнии во всех, кто находился рядом.
Наверное, я никогда не забуду свою последнюю сотню. Примерно после семидесяти километров я еле тащилась. Поля и грунтовки плыли перед глазами, и я падала в высокую траву под хохот грозы, бродившей поблизости. Тогда я и не подозревала, что через год моей дочери будет 4 месяца. И о том, что гонять сотни в ближайшем будущем больше не придётся, тоже не подозревала.
На днях я бродила по парку и думала, как же быстро летит время. Казалось, совсем недавно я жадно поглощала оладья. И, казалось, совсем недавно барахталась в пшенице под темнеющим небом. Но прошёл целый год. И,когда ог шёл, я вовсе не думала о том, что время летит быстро.
Наоборот, дни тянулись бесконечно долго. Оно и неудивительно. Беременность была тяжёлой. И роды тоже. А, когда тяжело, тогда и кажется, что это никогда не закончится. Но всё заканчивается. Медленно или быстро, но заканчивается. И, когда заканчивается, тогда и кажется, что время слишком скоротечно. Медленно оно тянется лишь в моменте, а, когда момент уходит в прошлое, однажды ты оцениваешь, сколько времени прошло, и понимаешь, что прошло чертовски много.
Я смотрела на Лизу и думала, что когда-нибудь мы закатим куда-нибудь вместе. Поедим дорогого мороженого из сельского магазина. Попьем прохладной воды из пыльной фляжки. Но когда это будет? Когда-нибудь в очень далёком будущем, в котором я однажды оглянусь назад и вздохну о том, сколько лет промчалось как несколько мгновений. Возможно, я и тогда вспомню, что всё началось с оладьев и сгущёнки. И хохот грозы, под который я вставала и падала снова, возможно, тоже буду вспоминать. Как говорится, поживём-увидим.
