Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Экспедиция Восход

Я позабуду сказочный Свердловск

Приобретут всеевропейский лоск Слова трансазиатского поэта, Я позабуду сказочный Свердловск И школьный двор в районе Вторчермета… Тек, короч. Пока команда скаутит по Екатеринбургу в поисках локаций для завтрашних съемок, Илья отправился в рабочее гетто - Вторчермет. Там один из наших любимых поэтов - Борис Рыжий провел большую часть жизни. Захотелось прикоснуться к великому… Квартальчик, канеш, специфический. Это легендарный двор, который Борис упоминает в своих стихах и сам подъезд дома, где он жил. Картина маслом. Фантасмагория даже некоторая. Контраст с центром города имеет место, короче… Можно закупиться тут же на блошином рынке, чтобы не ездить далеко. Неудивительно, что у Бориса такие острые стихи. До центра можно добраться на советском трамвае. Кстати, сам Борис очень тепло и с любовью относился к этому месту. Вот его цитата, насладитесь: «Это мой двор, мой дом, где я прожил лучшую половину своей жизни. Я прожил тут десять лет. Здесь ничего не изменилось, все по-старому, как
Приобретут всеевропейский лоск
Слова трансазиатского поэта,
Я позабуду сказочный Свердловск
И школьный двор в районе Вторчермета…

Тек, короч. Пока команда скаутит по Екатеринбургу в поисках локаций для завтрашних съемок, Илья отправился в рабочее гетто - Вторчермет. Там один из наших любимых поэтов - Борис Рыжий провел большую часть жизни. Захотелось прикоснуться к великому… Квартальчик, канеш, специфический. Это легендарный двор, который Борис упоминает в своих стихах и сам подъезд дома, где он жил.

Картина маслом. Фантасмагория даже некоторая. Контраст с центром города имеет место, короче… Можно закупиться тут же на блошином рынке, чтобы не ездить далеко. Неудивительно, что у Бориса такие острые стихи. До центра можно добраться на советском трамвае.

Кстати, сам Борис очень тепло и с любовью относился к этому месту. Вот его цитата, насладитесь: «Это мой двор, мой дом, где я прожил лучшую половину своей жизни. Я прожил тут десять лет. Здесь ничего не изменилось, все по-старому, как было. Прибавились решетки на окнах и надписи стали не по-русски на стенах, а по-английски. Что еще… Тут поумирала, наверное, большая часть моих любимых людей <…> — в основном от наркотиков. Те, кого я любил и кого я уважал».

А вот еще отличное: «Я десять лет живу в доме, где 90 процентов жильцов — бывшие заключенные. Я очень люблю этих людей. <…> У нас в доме жили два брата, один из них зарезал человека, а другой вывез труп на грузовике. Об этом в доме знали все, знала вся местная шантрапа — милиция об этом узнала только через два года. Что-то в этом мире есть. Он очень повлиял на мое формирование. Но при этом я читал Пастернака. Интересно, что в этом не было противоречия. Ко мне приходили Череп, безногий Колян, мы играли в карты, потом они уходили, а я читал Пастернака. Я вел абсолютно хулиганский образ жизни, у нас все время что-то происходило»

Вот зацените единственное его видео-интервью из конца 90х, если интересно. Сильный персонаж…

https://youtu.be/zOyEgDlh3zI