Ирина Воротягина смотрела на нас строго. Заседание комитета ВЛКСМ стройки уже вначале не сулило нам с Александром Семеновым ничего хорошего. Мы, руководители комсомольской организации комбината промышленных предприятий управления Саратовгэсстрой, сегодня были под прицелом настоящей критики. Мы слушали нашего лидера комсомольского актива стройки и, конечно, соглашались с ее выводами о наших упущениях в общественной работе.
Присутствующая на этом заседании молодежь и представители парткома стройки на мое оправдание, что Воруй-городок возник в нашем городе еще задолго до того, как мы с Семеновым простились со школой, никто особо не прореагировал. Нам с Сашей довольно в резкой форме указали, что комсомольцы КПП допускают утечки строительных материалов на личное строительство в городе. И только потому этот Воруй-городок разрастается не по дням, а по часам.
Пообещав членам комитета комсомола исправить свои ошибки, мы на следующий же день сделали рейд по жилым застройкам поселка Сазанлей, чтобы наглядно убедиться в правильности его названия Воруй-городок.
Молодых и еще совсем неопытных ребят частный жилой сектор Воруй-городка встретил насмешками и презрением. Отчитываться перед нами, кто, что и где взял, никто из взрослого населения не собирался. Но мы смогли убедиться, что, действительно, кирпич с нашего завода строительных материалов складирован почти у каждого дома. Там же лежат и заводские плиты перекрытий. Наблюдается и скопление цементных куч.
Читайте также:
Партийные страсти вокруг балаковского училища механизации
Алла Пугачева зря хвасталась: балаковцы на Чернобыльской АЭС видели всё
А лже-Морозова из Балаковского комбината химволокна я тут же простила…
То, что все эти стройматериалы для частных домов в Сазанлее вывезены и вынесены с территории наших предприятий, не вызывало сомнение. Дело в том, что в 60-е годы, в их самом начале, добыть все эти строительные материалы законным путем было просто нереально. Город строился ударными темпами. Объекты жилищного строительства нуждались в строительных материалах. Мощностей заводов по их изготовлению тогда не хватало.
Пущенные в эксплуатацию открытые полигоны для формовки железобетонных изделий мало напоминали собой заводские цеха. Например, головной завод по выпуску кирпича и плит перекрытия МБ-18 вообще был открыт для доступа посторонних лиц. В вечернее время один сторож на весь огромный заводской периметр не мог уследить за нашествием воров. Вот и рос Воруй-городок. А там уже принимал у него эстафету стройки Китай-городок.
Посовещавшись со старшими товарищами, мы тогда вышли с предложением обнести бетонным забором завод строительных материалов. К выполнению данного задания были подключены все комсомольцы нашего комбината. Мы организовали воскресники. Завод нам помог техникой и профессиональными специалистами.
Но самым обидным стало для нас, когда мы узнали, что все застройщики злополучного Воруй-городка получили от городского начальства прощение. Видимо, власти посчитали, что хоть таким образом кто-то из строителей Всесоюзных ударных строек решил свой жилищный вопрос.
Это был для меня и для Александра Семенова очень познавательный урок на пороге нашей взрослой жизни. После этого мы с ним, если случалось, на любую критику реагировали с высоты полученного опыта от Воруй-городка.
Ольга БУЛГАКОВА