В "Атланте" системы no frost уже третий день было неспокойно. Многие счастливчики, кому удалось побывать на праздничном новогоднем столе, делились впечатлениями, смеялись, надеялись снова попасть туда. Кто-то же высказывал опасение, что про них забудут, как забыли некоторых - те так и не увидели застолья.
- Ша мне все тут! Я таки имел думать идею, а вы через свой галдёж только делаете мне больную голову! - прикрикнул на жителей холодильника салат оливье. Он выглядел важным и занимал целое ведёрко.
-А-а-а, бон...бом...бомжорно, сеньоры! Ик, - икал салат капрезе.
В новогоднюю ночь дядя Коля, дошедший до кондиции раньше других, опрокинул в салатник с капрезе рюмку водки. Никто, кроме самого салата ничего не почувствовал. Все закусывали за обе щеки и нахваливали хозяйку.
- Сте-е-епь да сте-е-епь круго-о-ом, путь далёк лежи-и-ит, - надрывно запел капрезе.
- В той степи-и-и глухой, - подхватил пол плавленного сырка.
- Ой, только не надо тут петь, голосистые вы наши, - возмутился винегрет, выглядывая из кастрюльки. - От вас, господин капрезе, несёт на весь холодильник.
Винегрет стоял на средней полке, благодаря чему имел хороший обзор.
Вдруг с той стороны послышались шаги. В холодильнике разом все затихли, только лимон на блюдце, щедро осыпанный пеплом от сигарет, не успел вовремя среагировать и громко звякнул вилкой о бутылку водки: блямс.
В холодильник заглянул дядя Миша:
- Откуда песня? Показалось.
Он осмотрел полки и облизнулся.
- Хоть бы меня, - шептала тарелка с фруктовой нарезкой пополам с окалиной из под бенгальских огней.
- Меня, испорчусь ведь, - пищал салат-коктейль с креветками.
- Что пищит? - почесал ухо дядя Миша и облизнувшись, забрал бутылку водки и мясную нарезку.
Как только захлопнулась дверца холодильника, началось недовольное копошение.
- Это не честно! Чем я не закусь?! - вдруг заорала поставленным голосом селёдка под шубой. - Как можно?! Доколе?!
- Вы переигрываете, справедливая вы наша! - возмутился винегрет.
- Таки вы дадите мне подумать?! - вылез из ведёрка оливье.
- А что это вы такой спокойный?! - продолжала кричать селёдка под шубой. - Можно подумать вы один знаете свою судьбу! Вы француз, судя по названию?
- Если вы хотите послушать за меня, так я вам скажу, - оливье вылез наполовину из ведёрка и сделался ещё более важным, хотя и без того занимал самую большую ёмкость на полке. - Я француз еврейского розлива: во мне таки нет ни цесарок, ни рябчиков, ни красной икры, чтоб я испортился, если я вру. Я такой же простой как все вы, чтобы вы себе там ни думали. У меня даже майонез не с оливковым маслом.
Оливье продемонстрировал свою заправку. Все, кто мог дотянуться до ведёрка, удостоверились и подтвердили.
-У меня таки есть план, если вы хотите знать, - продолжил оливье.
- Мы хотим знать твой план, - закричали жители холодильника.
- Если вы не хотите таки остаться здесь на вечно и пропасть, если вы хотите снова попасть на праздничный стол, все вставайте друг на друга в два этажа и к самой двери и ждите. А как только дверь откроется, вы все и свалитесь в руки. Они тогда вас точно отнесут и поставят на стол. Надо действовать! Вы не должны ждать милости от природы!
Через полчаса из кухни донёсся грохот и звон падающей посуды с продуктами.
- Твою дивизию! Кто так поставил тарелки в холодильник?! Зинка-а-а! Иди убирай всё!
"Вот теперь хорошо, - подумал теперь уже одинокий оливье, - какая тишина. Сколько мне можно делать нервы? Наконец-то можно спокойно подумать".
Автор Екатерина Нестеренко
Написано в рамках марафона ТекстоМании
Взято со стены одноименного сообщества в ВК
Подпишись, чтобы не пропустить новые публикации от наших авторов